– Наш ребенок боится…

– Аня, – мягко заговорил Олег, – эта девочка – не твой ребенок, это – дочь Агнии и…

В этот момент Анна стояла спиной к распахнутой двери на балкон, и при словах Шилова сделала шаг назад. Занавеска надувалась на ветру, словно парус, и вот уже Анна смотрела на нас сквозь прозрачный тюль. Если женщина и в самом деле не в себе, кто знает, что она может натворить? Вдруг решит выбросить мою дочь вниз с балкона?! Мне казалось, что я присутствую на съемках плохого фильма, когда психопатка, похитившая ребенка, поднимает его над пропастью и с диким хохотом грозится выбросить в бездну. Правда, Анна не пыталась сделать ничего подобного. Она стояла на балконе, держа на руках мою дочку, но не делала никаких угрожающих движений. Тем не менее, видимо, Олег думал так же, как и я, поэтому остановился и сказал:

– Аня, верни девочку! Я знаю, как ты хотела, чтобы она стала нашей, но это невозможно: ты сможешь видеть ее время от времени, когда Агния позволит, но…

– Как мою мать, – поправила я и тут же пожалела об этом, поймав ненавидящий взгляд Анны. Господи, во всей этой неразберихе я забыла принять в расчет эту женщину. Я думала о нас с Андреем, об Олеге, его адвокатах и тому подобном, однако совершенно забыла об Анне. Она ведь любит Олега и, должно быть, считает меня главной помехой на пути к своему счастью! А потом появилась наша с ним дочь, и Анна решила, что, только заполучив ее в свое безраздельное владение, сумеет заставить Шилова остаться. Ради дочери он готов на все. Олег считал женитьбу на Анне дополнительным плюсом в борьбе за право опеки. В глубине души я всегда знала, что Олег не любит ее. Он спал с ней, так как наши дела не ладились, и наверняка делился своими проблемами, но не более. Наверняка Анна надеялась стать для Шилова незаменимой, так как у них столько общего – прошлое, старые друзья и, наконец, работа – ведь это она переманила Олега в новую клинику, предложив ему место главного врача! Но мне трудно поверить, что эта бизнес-леди, упертая, как танк, зубастая и жесткая, могла настолько слететь с катушек. Что-то определенно должно было произойти, раз она решилась на похищение. О чем она, черт подери, думала?!

– Ты говорил, что мы будем вместе! – продолжила Анна, переведя взгляд с меня на Шилова.

– Но мы и так вместе! – воскликнул он.

– Нет! Ты все время думаешь об… этой, – она повела плечом в мою сторону. – Она предала тебя, а я никогда бы так не поступила! Ты знаешь, что единственным, что вас связывает, является эта девочка. Если она станет нашей, если ты сможешь стать ей настоящим отцом, я готова стать ей матерью! У нас будет хорошая жизнь…

Олег взглянул на меня.

– Ты права, – вдруг сказал он, отодвигаясь. – Но нас станут искать!

– Я об этом подумала! – отозвалась Анна, и ее лицо просияло.