И когда взгляд останавливается на пацане, аж дыхание перехватывает. Сердце, кажется, вообще, перестает биться, а ноги становятся, как вата.

Приходится даже вцепиться в руку брата, чтобы не рухнуть, как какой-то слабак, на пол.

Как это, вообще, возможно?!

- А вы знаете, где моя мама? – сквозь грохот в ушах слышу голос мальчика, который, выглядит… моей маленькой копией.

- Твоя… мама… она рядом, - хриплю в ответ, отцепляясь от брата и делая вперед медленные шаги.

Забавно, но я ни разу за все эти шесть лет не думал о том, что та наша ночь с Людмилой может иметь последствия. Хотя, когда я выяснил, что она моя пара, это было самое логичное – предположить, что она может забеременеть. Ведь у истинных в девяносто процентах из ста это происходит после первого же соития.

Зверь внутри как бешенный мечется и визжит от радости и гордости.

Я же пока просто в каком-то ступоре, хотя меня тоже начинает распирать от восторга.

Мой сын… обалдеть!.. при моем приближении смотрит на меня с опаской и юрко забегает за кровать, увеличивая между нами дистанцию.

Хочется подбежать к нему, схватить в объятия и крепко прижать к себе, чтобы удостовериться, что мне всё это не снится, что он реальный, а не плод моего воображения.

Останавливаюсь, понимая, что напирая так, только испугаю его ещё больше. А я не хочу, чтобы мой сын меня боялся. Даже думать о таком страшно.

- Если она здесь, то я хочу её увидеть, - чуть ли не с вызовом произносит мальчишка, внимательно наблюдая за мной. От него идет волна опаски и напряжения.

- А тебя как зовут? – стараюсь привести свой голос в порядок, но голосовые связки, видимо, тоже от шока никак не хотят приходить в норму. Хриплю как какой-то старик.

- Тимур, - звучит как удар по дых, заставляя сердце сжаться. – Можете называть Тим. Чаще всего меня именно так мама называет.

Пытаюсь что-то сказать, но ни единого звука не вылетает из безмолвно открывающегося и закрывающегося рта.

На помощь быстро приходит Демид.

- Тимур, понимаешь, в чем дело, - брат встает рядом со мной. – Твоя мама немного приболела и её сейчас пытаются вылечить. Пока к ней никого не пускают.

Мальчуган хмурится, переводя на Демида взгляд.

- Ты главное, ничего больше не бойся. Мы будем заботится о тебе, пока твоя мама не придет в норму. Потому что мы твои родственники, - брат улыбается и подмигивает ему, пытаясь успокоить.

- Мама говорила, что у неё есть только сестра, - чуть ли не обвиняющее произносит мальчуган.

- Верно. Её зовут, Аня, и она моя жена. Она, кстати, сейчас тоже тут, в этом здании, находится.

Тим поворачивает голову в мою сторону. В его глазах я вижу невысказанный им вопрос, а кто тогда я?

Брат тоже разворачивается ко мне лицом и выжидающе смотрит на меня, предоставляя мне право ответить.