Он сделал шаг вперед, поднял забрало – и девушка увидела лицо отца…

– Папа, – проговорила она едва слышно. – Ты вернулся? Ты вернулся, чтобы помочь мне?

– Нет, – ответил он еще тише. – Я не смогу тебе ничем помочь. Ты справишься сама.

Он снова отступил к окну, но, прежде чем опустить забрало, проговорил:

– Прощай, прощай и помни обо мне!

– Я помню, папа… – пробормотала Галина… и проснулась.

В комнате все было по-прежнему, только пятно лунного света на полу немного переместилось.

Галя взглянула на часы, включив подсветку циферблата.

Была половина второго.

«Нельзя спать, – подумала она озабоченно. – Ни в коем случае нельзя спать, это слишком опасно!»

Она сбросила на пол плед, чтобы холод помог ей бороться со сном, подогнула под себя ноги и снова замерла в напряженном ожидании.

Лунное пятно медленно двигалось по полу, приближаясь к кровати.

В доме царила глубокая тишина, изредка нарушаемая чуть слышным поскрипыванием рассохшегося паркета или шорохом сквозняка в занавесках. Гале казалось, что прошло еще полтора или даже два часа, но когда она взглянула на часы – выяснилось, что еще нет двух, значит, прошло чуть больше двадцати минут.

Она обхватила колени и стала вспоминать детские стихи, которые читал ей отец много лет назад. В основном это был Чуковский – «Тараканище», «Федорино горе», «Крокодил»…

Какое-то стихотворение навело ее на показавшуюся важной мысль, но додумать эту мысль до конца она не успела, потому что в комнате раздался едва слышный звук.

Галя замерла, вся обратившись в слух.

Звук повторился – и на этот раз она поняла, что это скрипнула, приоткрываясь, балконная дверь.

В следующую секунду в светлом проеме бесшумно возникла высокая фигура, заслонив собой серебристый свет луны.

На какое-то мгновение Галина решила, что снова заснула и видит фигуру отца.

Она ущипнула себя за ногу. Было больно, из чего Галя сделала вывод, что не спит.

Это значит, что их расчет подтвердился. Мышеловка сработала.

Но торжества Галина не чувствовала – для этого было еще слишком рано. Вместо этого она ощутила нарастающий страх. Не оказаться бы самой в мышеловке!

Ее противник опасен и безжалостен, он ни перед чем не остановится, чтобы добиться своей цели. Он убил уже трех или даже четырех человек – наверное, не своими руками, но своей злой волей, и с каждым новым убийством он становился все опаснее. Теперь только она стоит между ним и его целью…

Галина закусила губу и замерла, чтобы ни одним случайным звуком не выдать свое присутствие.

Темная фигура медленно, словно во сне, переместилась от окна в сторону кровати. Еще немного, еще…

В двух шагах от кровати темная фигура застыла, возможно, злоумышленник услышал какой-то подозрительный звук. Он настороженно огляделся по сторонам.