Народу битком, чую, меня кто-то за сумочку дергает. Гляжу, а ее какой-то подлец подрезал и удирает к выходу с моим кошельком. Не пробилась я за ним через толпу народа, не смогла, перед носом дверь закрылась. Вышла на своей остановке, иду, реву, жалею себя.

Домой пришла, деликатесы то все подъедены, только маленький кусочек буженины остался, да пара яиц. Сварганила себе яичницу. Только есть собралась, звонок в дверь. Открываю, стоит девочка, вчерашняя моя студентка, нынешний наш младший научный сотрудник.

– Здравствуйте, Надежда Петровна. Вы меня простите, что я к вам вот так. Вы забыли контрольные работы студентов забрать.

– Здравствуй, Юлечка. Проходи, – пригласила ее в зал.

Юлечка иногда ко мне забегала. Относилась я к ней, как к дочери, то кофточку ей французскую подарю, до духи польские. Каждый раз, как к нам приходила, так и восторгалась она нашей мебелью, да хрусталем, да картинами. И в этот раз стала дифирамбы петь.

– Ой, а чем это так вкусно у вас пахнет? – спросила она, и громко сглотнула слюну.

– Яичницей. Хочешь? – и кто же меня за язык тянул.

Слопала Юлечка мой единственный ужин с большим удовольствием, а я слюной давилась и индийским чаем без сахара.

– А где Петр Алексеевич? – спросила она.

– В командировке, – никто не должен знать, что его забрали и он под следствием.

– Надежда Петровна, а что вы такая грустная, случилось что? – спросила девочка, хлопая ресницами.

– Кошелек у меня сегодня из сумочки вытащили, – ответила я, – А там вся моя получка.

– Как жаль, – скорчила она грустную гримасу, – Как хорошо, что вы замужем, и это не последние деньги в вашей семье.

На миг мне показалось, что на ее лице промелькнула тень злорадства.

– Не последние, – тихо сказала я.

Юлечка довольная и сытая ускакала в свое общежитие, а я осталась одна с пустым холодильником и пустым желудком. Мне предстояло жить две недели до аванса, неизвестно на какие деньги. К тому же, я планировала со своей получки отдать хотя бы по десятке людям, которым мы были должны.

Сижу на кухне и смотрю на пустой холодильник. Чего он пустой работает, выдернула вилку из розетки со злости. Все люди, как люди, на зиму варенье, да соленья делают, а я королева, не пристало мне летом у плиты стоять. Вот и сижу, чай вприкуску со слезами пью, хоть бы банка какая, где завалялась.

В дверь кто-то постучал. Открываю, соседка на пороге стоит – баба Валя, в руках полную миску с пирожками держит. Аромат от них идет умопомрачительный.

– Здравствуй, Наденька, я пирожочков много нажарила, думала мои приедут, а их сегодня не будет. Возьми, не побрезгуй. Ты только с работы, наверно еще и сготовить ничего не успела, – протянула мне пирожки бабушка.

– Здравствуйте, баба Валя. Да, не ела еще ничего. Спасибо, – обрадовалась я.