Где остановились?

— Пока нигде, я только что с поезда, — надевая пиджак, сказал Федор.

— Рекомендую снять мансарду на Почтовой, в доме два. Там сдают с пансионом, хозяева милейшие люди. А в скором времени я вас сам навещу. Запомнили адресок?

— Да, спасибо. Что я вам должен?

— Обычно я беру за визит три рубля. Нет-нет, — предупредил доктор желание Грекова достать бумажник, — потом рассчитаемся, не к спеху. Вы же не на день-два приехали, так? Идите, устраивайтесь. И сегодня же купите себе панаму или соломенную шляпу: днем у нас сильно печет… Да, чуть было не забыл, хозяевам обязательно скажите, что вы от доктора Борилло.

В доме на Почтовой Федора ласково встретил подслеповатый чистенький старичок, проводил наверх, показал мансарду.

— Недорого, поверьте, совсем недорого… — бубнил старичок, часто моргая выцветшими глазками. — А уж мы с супругой вас и накормим, и бельишко постельное поменяем, и гостями не интересуемся.

— Хорошо, я согласен. — Греков заплатил ему за неделю вперед, попросил, если можно, приготовить на обед овощей и рыбы, разложил свои вещи, потом снова отправился в город.

Пока все вроде бы нормально: пришел по адресу, сказал пароль, услышал ответ. И товарищам успел дать знать о своем приезде. В кармане его пиджака лежат паспорт на имя Глазова, маленький плоский браунинг, с которым не расставался Базырев — Бакли, а деньги, привезенные с собой, Федор надежно спрятал, отодрав доски обшивки потолка мансарды и засунув в образовавшуюся дыру сверток. Доски он потом аккуратно поставил на место.

Ну, где здесь табачная лавка? Надо зайти купить папирос и сообщить, что обстоятельства несколько изменились: доктор Борилло не оставил его у себя, как ожидали товарищи, отправляя Федора из Екатеринослава в этот городок.

В лавке — прохладном сводчатом полуподвале, казалось, насквозь пропахшем сухим табачным листом, — Греков спросил у стоявшей за прилавком пожилой дамы в строгом темном платье папирос «Дружок» или «Дели».

— Вы приезжий? — полуутвердительно спросила дама. — У нас таких не бывает. Могу предложить «Сальве».

— Не очень крепкие? — улыбнулся Федор.

Сзади звякнул колокольчик на входной двери, в лавку вошел молодой парень в потертой матросской куртке, встал у прилавка рядом с Грековым.

— Айвор Янович прислал привет, — тихо сказал он. — Можете не опасаться, говорите свободно, продавщица наш человек.

— Поселили на Почтовой, два. Дайте связь, — ответил Федор, беря папиросы. — За мной никого?

— Нет. Дом возьмем под наблюдение, о связи подумаем, пароль остается прежний. Постарайтесь, чтобы они вас не изолировали. Чаще приходите за папиросами. Идите, я задержусь…

Выйдя на улицу, Греков огляделся: никого, даже нет прохожих, словно городок вымер в часы зноя.