Со стиснутыми зубами и взглядом, в котором читалось: «убью», – но всё-таки попробовал.

– Приношу свои искренние извинения за это недоразумение, Елизавета Евграфовна, – сказал князь. – Не знал.

– Не вините себя, Ваше Сиятельство, – продолжила вытаскивать и его, и заодно себя Лиза. – Вы ни в чём не виноваты. Вы не могли знать, поскольку мы никому об этом не рассказывали.

– Гхм… вот как? – тут Садовников даже слегка расслабился; через силу, но всё-таки сумел проглотить ситуацию. – Ну так быть может, это мероприятие отличный повод, чтобы поведать о своей любви всему миру? Не стесняйтесь, Елизавета Евграфовна! Скажите, кто же ваш избранник?

Сверкающими от счастья глазами, Лиза буквально вперилась в меня.

И люди, – не будь слепыми или глупыми, – за взглядом её проследили.

– Вот он! Господин Харламов! Мой Харо-о-оша…

Садовников застыл с каменным лицом, явно вспоминая, где он мог слышать моё имя. Какое-то время в зале стояла полная тишина, а дальше в этот грёбаный спектакль вмешалась ещё одна, уже четвёртая сила. Какой-то мужичок неподалёку, – пьяный, жирный и кудрявый настолько, что аж в глазах рябит, – принялся заливисто ржать.

Аристократы просекли ситуацию. Аристократы пресекли ситуацию. Отреагировали моментально, причём не сговариваясь! Чтобы как-то заглушить этот смех и спасти смеющегося от гнева Его Сиятельства, они начали дружно аплодировать и свистеть. А люди, стоявшие непосредственно рядом со мной, теперь вовсю хлопали меня по плечам. И настало всенародное ликование. И всем сразу же стало весело.

– Харламов!? – крикнул князь в микрофон, как только всё это немного поутихло. – Это же вы, я верно понял!? И что вы там встали!? Поднимайтесь же скорей на сцену! Как ещё ваша избранница должна вам намекнуть, чтобы вы уже наконец сделали это!?

Будь ты древний бог, архимаг-перерожденец или правитель Империй в далёком прошлом, когда тебя ставят в некоторые ситуации, у тебя не остаётся печатных слов.

Вот и мне сейчас было откровенно нечего сказать.

– Спасибо, – улыбаясь в ответ на похлопывания, я двинулся сквозь толпу аристократов на сцену. – Благодарю вас. Спасибо большое…

Поднялся на сцену, помахал всем рукой и сразу же попал под каток неусмиримой девичьей любови.

Елизавета Евграфовна набросилась на меня и впилась губами в губы. И сразу с языком, и сразу же слюняво. А мне, – чтобы предать этому откровенно развратному действу хоть сколько-нибудь элегантности, – пришлось покружить её вокруг себя.

– Какая прекрасная пара, – натянуто улыбнулся Садовников. – Просто прекрасная… так… минуточку! – тут у князя как будто бы тумблер в голове перещёлкнул.

А я ведь зна-а-а-аю что это за тумблер такой был.