При всём уважении, не того он склада характера человека. Умный, верный, порядочный, но не такой. Не хищник.

А вот Андрей Голубицкий, как показала практика, грёбаный мегалодон. Так что ему и флаг в руки. Граф вернул себе всё то, что у него попытались отнять, и приобрёл куда больше – влияние. Всё, как и хотел, вот только не на показ.

Гвардия ведь теперь – это что? В мирное время городская стража, ни больше и ни меньше. А за глубинную и лично мою безопасность отвечает семья Голубицких. За безопасность, да ещё за политтехнологии.

Эдакий аналог Тайной Канцелярии из графского рода получился.

Слишком много рычагов в одни руки? Возможно. И если бы не наш с графом разговор на болоте, я бы столько плюшек ему одному не насыпал. Но надо ведь мне хоть кому-то доверять, верно? И Андрей на данный момент – лучший из возможных вариантов.

Дальше: министр транспорта и логистики, которого в Новом Саду отродясь не было. Кто? Удальцов. Я же обещал ему место и обещание своё сдержал. Женёк пока что обживается в новой роли и не везде справляется самостоятельно, но главное, что специфика работы ему ясна, а начинать нужно с малого.

Оленегаторы отныне в полном его распоряжении. Сделать Новый Сад главным транспортным хабом Иномирья не получится из-за неудачного расположения, но развить всю эту тему не просто можно, а нужно.

Батяня ещё. Тоже вошёл в новое правительство.

– Я хочу построить самый могущественный флот, что только видела Нерка! – сказал он мне как-то раз, ворвавшись в кабинет.

Потому что строительство речного флота, – будь то военного или рыболовецкого, – последнее из того, что меня сейчас волнует. И задействовал я мохнатого в другом.

Как назвать его должность до сих пор не придумал, но занимается он в основном тем, что светит лицом и одним своим присутствием рядом как бы намекает, что Владыка топит за равенство всех рас и народов. Инклюзивность продавливает, короче говоря. Только правильную, без плясок бородатых баб и тампонов в мужских сортирах.

С другими городами мы до сих пор не контактировали, и чтобы Батяня хоть что-то делал, ему было поручено открыть музей этнического разнообразия Иномирья. Открытие, кстати, сегодня, сразу после царской грибалки.

Елизавета Евграфовна, душа моя сисястенькая, тоже при делах. Как-то раз за ужином прорвало её узнать обо мне побольше. И на вопрос: «Харон, а что ты любишь?» – чёрт дёрнул меня пафосно ответить, мол, справедливость люблю.

Лиза запомнила. Лиза затаила. А потом начала проявлять нездоровый интерес к судебной системе.

Да, скрывать кумовство от посторонних глаз я даже не планировал. Но и назначить её главной судьёй города – так себе решение, которое могло бы вылиться в кучу комичных и не очень ситуаций. Поэтому она у нас пока что обучается. Торчит в судах денно-нощно.