Губы капризно очерчены, но взгляд прямой и твердый, невысокого роста, худощавый, но мускулистый, с быстрыми движениями и, очевидно, хорошей реакцией.

– Я не знал, что здесь живут, пошел наугад. Извините.

– Я здесь «живу» от силы полчаса, – сказал Гарлей и тут же добавил: – Вы, как видно, лучше меня знакомы с местностью?

Молодой человек поклонился:

– Ваш ближайший сосед. Мой домик в полумиле отсюда.

Гарлей протянул руку:

– А я – Бертон Страг. Писатель, с вашего позволения. Мы с сестрой арендовали брихемовский домик.

– Кажется, я его видел… Не войдете?

– Лучше, если вы сами выйдете. Там под откос свалилась машина. Я было отправился к Роду Витону, а по дороге мне что-то мелькнуло в вашем домике. Я даже удивился. Вот уже несколько месяцев тут не было живой души.

– Кто тот человек, о котором вы упомянули?

– Родней Витон, художник. По его милости мы тут и оказались. Он приобрел здешнюю хижину, сманил нас… Ну а вы не против пойти поинтересоваться той машиной?

– Это не очень далеко? – спросил Гарлей и пояснил: – Видите ли, я так называемый выздоравливающий…

Страг взглянул на него с невольным восхищением:

– Проклятье! Я так рвался, не пустили. Туберкулез. Пока живешь себе потихонечку – ничего… Но под пулями вряд ли это возможно… Пожалуй, вам лучше не ходить, если у вас еще не все о’кей. Авария произошла примерно в четверти мили отсюда.

– Выходит, где-то возле…

– Да. Там, где развилка. Кто-то гнал на большой скорости и не заметил поворота. Голубая громадина… Вряд ли уцелели люди, но хотелось бы удостовериться. Чтобы поднять машину, надо вызвать парней. Вот почему я…

– Иду, – сказал Гарлей, всеми силами подавляя волнение. «Голубая громадина» могла оказаться машиной Хардисти.

– Вы думаете, водителя придавило?

– Всякое может быть. А может, и уцелел, сам удрал за помощью. Во всяком случае, там осталась моя сестра. Если понадобится, она успокоит, что помощь близка. Идите, а я забегу за Витоном, и мы догоним вас.

– Договорились. Оденусь, проверю печку и пойду.

Гарлей вернулся, помешал в печке, закрыл заслонку и надел пальто, застегнувшись на все пуговицы. Затем положил в карман фонарик и вышел, заперев дверь на ключ…

Стало заметно холоднее и темнее. По дороге Гарлею приходилось несколько раз пускать в ход фонарик. Он был так поглощен тем, как бы не попасть в какую-нибудь яму, что незаметно для себя быстро достиг того места, где дорога пересекалась с главным шоссе.

Да, если машина выскочила сюда на полном ходу, то ей ничего не стоило загреметь с обрыва.

Раймонд снова включил фонарик, ища следы колес. Они казались достаточно четкими. Если их ищешь. А когда они ехали сюда с Блейном, оба не думали ни о каких следах и ничего, разумеется, не заметили.