Улыбка Эли становится мягче и теплее, словно она сумела заглянуть в мои мысли и наконец-то расслабилась.

— Ты упоминал, что Дуг… дедушка Кэтти заедет поздороваться, — интересуется Элина, накладывая себе десерт.

— Мистер Кеннет работает допоздна. Он звонил с утра и просил передать, что очень сожалеет, но не сможет вырваться раньше вечера пятницы, — нейтральным тоном поясняет Вера. — Я сказала, что мы будем ждать его к восьми. Приготовлю любимые равиоли Дуга.

— Ты волшебница, Вер, — хвалю незаменимую сотрудницу, и она светится довольством.

— Пустяки, с вами нетрудно, — улыбается в ответ.

— Я внезапно подумала, может, нам устроить ужин в саду? — оживленно предлагает Эля, вклиниваясь в обсуждение.

— В доме всем будет комфортнее, — спокойно произносит Вера, по понятным причинам забраковав предложение Эли.

— Я заметила в саду чудесную оборудованную беседку с гриль зоной. На мой взгляд, это прекрасное место для семейных посиделок.

— Дима не пользуется беседкой уже много лет, — более категорично отвечает Вера. Нутром чую, как Эля снова заводится, бросая на мою универсальную помощницу раздражённый взгляд.

— Уверена, что смогу уговорить мужа перенести, как минимум, один приём пищи в сад, — с ледяным спокойствием парирует Эля.

— Детка, мы обязательно обсудим этот вопрос… наедине, — бархатистым голосом шепчу ей на ушко, обнимая за талию. Мои губы игриво скользят по ее щеке, линии скул и чуть ниже… Бешенная пульсация венки на тонкой шее Элины выдаёт ее с головой. У нас же медовый месяц… Мы молодожены и должны сутками трахаться, а не рассуждать со скучными лицами, где лучше накормить Дуга равиоли. Вдохнув сексуальный запах Элиных духов, мгновенно дурею, забывая, что мы не одни.

Поймав под столом ее ладошку, нагло кладу на бугор на своих джинсах и едва не стону вслух, когда она ощутимо сжимает мой стояк тонкими пальчиками. — Хочу тебя, пи*дец, — понижаю голос так, чтобы услышала только Эля.

— Я чувствую, — хихикает она.

— Я наелась. Пойду к себе, — резко встаёт со своего места Кэтти.

Оторвавшись от Эли, я внимательно смотрю на дочь, внешне не демонстрирующей тревожных признаков. Вот только закрытый взгляд не предвещает ничего хорошего.

Так же она смотрела на меня полтора года назад, когда посреди ночи застала нас с Ирмой на кухне. Казалась совершено спокойной и понимающей, но, когда вечером следующего дня я вернулся домой, перепуганная Вера рассказала, что у Кэтти случилась нервная истерика из-за того, что она решила, будто мы с Ирмой снова вместе. Наверное, не стоит пояснять, что Кэтти небеспричинно ненавидит собственную мать. Видит Бог, я пытался исправить ситуацию, но Кэтти упорно хранит в памяти все, что натворила Ирма.