Семья Барда может знать, что я не убийца, но Лайра - нет.

— Приведите девушку, — кричит кто-то с другого конца стола.

— Не впутывайте ее в это дело, — рычит Бард. — Она рисковала всем, чтобы остановить моего сына.

Это вызывает новый виток криков. Где-то между шквалом голосов кто-то обвиняет меня в пособничестве Коннору.

— Они были заодно, — кричит Лайра. — Эта девчонка всегда была сукой.

Ярость бурлит в моих жилах, вызывая взрыв смелости и ярости. Я выползаю из-под стола и вскакиваю на ноги. Бард стоит слева от меня рядом с упавшим телом Коннора. Как только наши взгляды встречаются, он делает шаг вперед, прикрывая меня.

Он направляет меня назад, но я уже далеко зашла. Этой суке не сойдет с рук измена Барду, угроза пистолетом, и подмена ситуации, чтобы я выглядела как убийца.

Лайра прижимается к Ураносу и смотрит на меня через всю комнату, ее глаза горят ненавистью.

Она выглядит как жертва - беременная женщина, которую подстрелили, потому что жизнь, которую она носит в себе, угрожает наследству Коннора.

Напряжение слишком велико, чтобы я могла сказать правду. Я достаточно насмотрелась на стычки в больнице, чтобы знать, что бывает, когда медик сообщает плохие новости человеку, находящемуся не в том состоянии духа. Слишком много врачей получили синяки и фингалы под глазами только за то, что поставили честный диагноз.

Пора спасать свою шкуру.

Я выглядываю из-за спины Барда и указываю на Ураноса.

— Коннор целился в живот Лайры из-за того, что вы сказали.

Старший мужчина обнажает зубы.

— Вы сказали всем, что ребенок Лайры - наследник господина Дирга, а не Коннора. Он был в ярости и хотел избавиться от конкурента, но я не смогла остаться в стороне и позволить ему причинить вред ребенку.

Лайра мрачнеет и смотрит на меня из другого конца комнаты широко раскрытыми глазами.

То, что я говорю, не совсем ложь, но и не вся правда.

Я смотрю на Лайру сузившимися глазами, пытаясь передать невысказанную угрозу. Если она и дальше будет пытаться свалить вину на меня, я расскажу всем, что видела.

Ее лицо напрягается, и она бросает взгляд в сторону.

— Она права. Я увлеклась и наговорила глупостей. Прости меня, Брианна.

Уранос улыбается, и напряжение в комнате исчезает. Бард поворачивается ко мне, растерянно хмурясь, но я лишь слегка качаю головой. Если Коннор выживет после выстрела, он сможет рассказать Ураносу правду. А еще лучше, если Бард обнародует записи с камер наблюдения, на которых запечатлен обман Лайры. Возможно, там даже будет несколько кадров, на которых они замышляют убийство.

— Поздравляю, Лайра, — говорю я. — Я так рада, что ты отделалась лишь легкими повреждениями.

Она натянуто улыбается.

Уранос предлагает ей бокал шампанского.

— Выпей, Лайра. Это поможет справиться с болью.

Я закатываю глаза.