Го Чанчэн, которого этот городок ужасно пугал, чуть не скончался на месте. У него откровенно тряслись коленки: шеф Чжао явно пытался защитить его от неизвестной беды, отсылая прочь, и эта мысль сначала принесла облегчение, но затем Го Чанчэн сжался, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле.

— Чжу Хун, ты тоже, — приказал Юньлань.

Но она, в отличие от малыша Го, не собиралась сдаваться без боя.

— Вот ещё! Я никуда не пойду!

Вытащив сигарету, Юньлань зажал её в зубах.

— Ты ещё не уволилась, — процедил он, не глядя на Чжу Хун, — а мои приказы уже для тебя ничего не значат?

Чжао Юньлань молча развернулся, сел в машину и закрыл дверь.

— Старик Чу, давай сюда.

Чжу Хун пыталась испепелить его взглядом с тротуара.

Чу Шучжи аккуратно потряс её за плечо, забираясь в машину:

— Поторопись. Шеф Чжао зря болтать не будет. Помощи от тебя будет мало, а малыш Го в одиночку точно ничего не выяснит. Вот и поможешь ему.

Чжу Хун ничего не успела ответить: Чжао Юньлань уже надавил на педаль газа и умчался прочь.

— Ублюдок! — прошипела Чжу Хун, поднимая с земли немаленький камень. Будучи гордой представительницей клана змей, она отличалась недюжинной силой, и бросок у неё был что надо — руки всегда били прямо в цель, прямо, ровно и беспощадно.

Камень со звоном ударился о багажник уезжающей машины, заставив отколоться кусочек краски.

Чжао Юньлань даже не вздрогнул.

Телефон в кармане Чжу Хун пискнул входящим сообщением от Чу Шучжи: «Шеф Чжао говорит, что штраф за порчу имущества спецотдела он вычтет из твоей премии в этом месяце. А если этого будет мало — то из зарплаты. Расслабься, девочка, иначе после увольнения у тебя и монетки не останется за душой».

Чжу Хун стиснула телефон в кулаке и прорычала:

— Чжао Юньлань, какой же ты придурок!

Го Чанчэн наблюдал за этой сценой с белым как мел лицом. То, что его коллеги посмели так яростно противостоять начальству, приводило в ужас его ранимое сердечко.

— Чего пялишься? — рявкнула Чжу Хун, пряча покрасневшие глаза. — Заняться нечем? Двигайся!

Го Чанчэн послушно пошёл в указанном направлении.

— Да куда тебя несёт? — взорвалась Чжу Хун. — Ты мужик или кто? Или я должна сама вести машину? Разве настоящие мужчины так поступают?!

Моргнув, Го Чанчэн сообразил, что она попросту вымещает на нём свою злость. Никаких таких правил и гендерных различий относительно вождения служебной машины не существовало. К тому же, Чжу Хун принадлежала к клану змей, а потому Го Чанчэн бездумно выпалил:

— Сестрёнка Чжу, ты ведь тоже не совсем женщина…

Чжу Хун обожгла его взглядом, словно королевская кобра перед броском, и облизала губы раздвоенным языком. Го Чанчэн мгновенно почуял опасность и нырнул в машину, не решаясь издать и малейшего писка.