Я закончила читать и, переведя дыхание, посмотрела на мужа. Он сидел, откинувшись к стене и закрыв глаз, и, казалось, не дышал. Я даже испугалась – что это с ним? Но, едва я сделала движение к нему, как Сашка открыл глаз и проговорил:

– Алька... что ж ты делаешь-то со мной? Я ведь старый уже, нельзя мне так волноваться.

– А я волную тебя? – Я пересела к нему и обняла.

– Не стыдно спрашивать? – Его руки по-хозяйски расстегнули ремень, а затем и застежку на боку платья. – Ну-ка... – Я привстала, помогая ему, и платье было тут же отброшено в сторону. – Я никогда не видел женщины прекраснее тебя, Алька.

Ты ведь исключительно красива...

Я не стала напоминать о своих ужасных шрамах на руках и животе – к чему? Он и так их видел, но это не мешало ему. В любви Сашка был настолько восхитителен, насколько может быть взрослый, опытный человек, относящийся к процессу как к священнодействию, а не к банальному совокуплению. Он прикасался ко мне так, словно мое тело – хрустальный сосуд, могущий в любую секунду выскользнуть и разбиться. Мне не с чем было сравнить – он был первым и единственным моим мужчиной – но, думаю, вряд ли с кем-то мне было бы так же хорошо, как с ним.

Его пальцы казались то легкими перьями, нежно ласкавшими меня, то стальными прутьями, прожигавшими насквозь, – но и то, и другое заставляло меня замирать от восхитительных ощущений. Сегодня я впервые за долгое время плакала от счастья в его руках – таких сладких слез я не лила никогда в своей жизни. А главное, мне не приходилось скрывать и стыдиться их, потому что это не было проявлением слабости. Сашка понял это и оставил меня в покое на короткое время, давая всласть выплакаться и ощутить новый прилив желания. Мы занимались любовью всю ночь, не выпуская друг друга из объятий. Наверное, уже давно я не была так счастлива.

Утреннее солнце лучом щекотало нос и правый глаз – этот пучок света пробился через небольшую щель в сдвинутых шторах и теперь настойчиво мешал мне нежиться в постели. Я сонно пробурчала что-то о несправедливости жизни и зарылась головой под подушку. Даже не проверяя, я могла сказать – мужа рядом уже нет, он во дворе упражняется с шестом. Неуемный – мог бы хоть в субботу полежать на час подольше. Но нет – мой самурай не пропускал тренировок даже в дождь и снегопад, что уж говорить о таком прекрасном утре.

Я окончательно проснулась, досадуя на солнце за столь раннее и беспардонное пробуждение, села в постели и потянулась. В чуть приоткрытую дверь из кухни тянуло запахом свежей выпечки – блины, не иначе. Есть пока не хотелось, хотелось соку и еще поваляться. К счастью, вернулся муж – черная футболка в пятнах пота, на лбу тоже капли.

– Проснулась, малышка?

Я потянулась к нему руками, но Саша отрицательно покачал головой:

– Я мокрый, Аленька.