И приехал забрать тебя с собой.

Внутри всё переворачивается.

У меня был секс с дядей?

Дорогие читательницы, очень надеюсь на вашу поддержку) не забудьте, пожалуйста, лайкнуть книгу, если начало вам понравилось)

Смешно. Как много в этом слове, и как мало оно значит для меня.

У меня никогда не было отца. Да и матери тоже.

Когда мне исполнилось три годика, муж моей матери узнал, что я не его родная дочь.

Знаете, как бывает в мыльных операх, когда мужчине сообщает медсестра, что с моей группой крови и резус-фактором я никак не могу являться его дочерью. Ну или наверняка случилось что-то похожее. Подробностей мне никто не сообщал.

И вот незадача. Жена принесла в подоле чужого ребёнка, продолжать растить которого он не намеревался.

Но, как выяснилось, возникшую проблему с гулящей, но красивой женой можно легко решить. Достаточно просто избавиться от её ребёнка, отдав его в детский дом. Отказавшись от него. С глаз долой – из сердца вон.

Впрочем, если от меня так просто избавились, должно быть, и в сердце мне места тоже не нашлось. Не то что в доме матери.

Созданная матерью бюрократическая проволочка не позволяла бездетным родителям удочерить сироту. Ведь раз в год она забирала меня в день моего рождения. Мы обедали в кафе. И оставался шанс, что она захочет подарить мне полноценную семью.

Я, мама и её дочь Лидочка, старше меня на четыре года.

Это был самый долгожданный день в году. И самый страшный. Весь год я проводила в мечтах, что меня наконец заберут. Навсегда.

До четырнадцати лет меня никогда не приглашали в гости. Но до этого я постоянно пребывала в фантазиях о том, как выглядит их квартира.

Лида меня не очень жаловала, хотя я точно не являлась конкуренткой за любовь её родителей. Но, наверное, меня бы поселили в одной комнате с ней. И, возможно, она бы разрешила играть с её куклами. Познакомила бы с подружками. Брала с собой гулять.

Стыдила бы меня за веснушки, на которые всегда смотрела с отвращением. А я с восхищением – на её вздёрнутый белый носик без следа этой противной ржавчины, что покрывала моё лицо каждую весну.

Может быть, мне бы даже дали поносить что-то из её старых вещей. Её всегда так красиво и ярко наряжали, что каждую нашу встречу я, разинув рот, рассматривала её наряд до самой последней детали.

А вот на маму смотреть было сложно.

Даже будучи совсем мелкой, понимала, что происходящее в моей жизни неправильно. Не естественное течение событий.

Я не могла расстаться с подаренным кем-то в детстве плюшевым мишкой. Он до сих пор спит со мной в постели. А она избавилась от меня… так просто и легко, будто я неживая. Не имею чувств, эмоций. Не испытываю боли. И не плачу беззвучно по ночам в подушку от обиды размером с чёрную дыру.

И с каждым годом моего взросления она казалась мне всё красивее и всё реальнее.