И вообще, мне показалось, что они бы всей кодлой залезли в первый, да кабина восьмиместная, никак не получится.

— Правильно, ребята, — бесхитростно одобрил Глебыч. — Это ещё тот конь. Вдруг спрыгнет по дороге...

Всем остальным было необходимо присутствовать при допросе. Иванов — основной разработчик, я — по профилю, Глебыч нужен был потому, что речь в первую очередь пойдёт о сапёрах, а Вася лучше всех знает местность и виртуозно работает с картой. Ему нужно будет выдрать из контекста наиболее интересные точки на местности, которые назовёт Сулейман, и тут же, по ходу, «набить» обстановку на карте.

Остальных оставили на ВОП, чтобы помогли военным собраться и сопроводили в обратный путь. Пара лишних пулемётов «бардака» да трое метких стрелков (Лиза в том числе) — это хорошее подспорье на марше. Там один Петрушин чего стоит. А то, не дай бог, случится что — потом ведь хоть вообще на люди не показывайся.

Скажут — парни там из-за вас торчали, а вы их использовали и бросили за ненадобностью...

Пока летели, мы с Ивановым наспех накидали вопросник. Сулейман вёл себя вполне прилично, ругани и художественной прорисовки перспектив нашей безрадостной судьбы не было.

Наверное, потому, что абреку было дурно после химии. Антидот ему ввели ещё в машине, иначе бы загнулся. Сейчас, задним числом, можно и признаться: это ведь не какой-то медицинский препарат был, а самый натуральный яд растительного происхождения. Не вкололи бы антидот в течение десяти минут, загнулся бы абрек. А может, и раньше — пока антидот действовать не начал, он (абрек а не антидот) был синий и признаков жизни вообще не подавал.

Сулейман пока не отошёл — даже шевелиться не мог.

Он неотрывно смотрел на Глебыча мутным взглядом и тихонько икал. Лицо Глебыча выражало сочувствие. Он прекрасно знал, что это только цветочки: в ближайшие двое суток из пленника постараются выжать всё, что он знает, и эксперименты с химией будут продолжаться до победного конца. Только с другой химией и до какого именно (или чьего именно) конца — пока не совсем ясно...

По прибытии на базу сразу отправились проводить допрос. Даже перекусить не заскочили, некогда было. Чем быстрее мы получим данные и начнём их активно использовать, тем больше шансов на успех.

В идеале, разумеется, следовало бы начать работать прямо в джипе, пока бойцы мешки таскали. Потому что информация о пленении Сулеймана пройдёт очень быстро, и ребята не замедлят принять меры, чтобы предотвратить последствия. Но в джипе все были немного не готовы. И мы и Сулейман. Поэтому теперь следовало торопиться.

Допрос проводили, по предварительной договорённости, в госпитале сорок второй дивизии. Там наличествовали для этого все условия.