Порвать бы суку. Вот прямо здесь обернуться, разодрать костюм и… ни хрена не сделать. Истинных грызть все равно что петлю на шею накидывать, хотя в его случае то на то и выходит.

- Ты ещё здесь?! Домой вали, охрана заждалась.

Не траханая недели три, пока Илона в Дубае с члена на член скакала.

Сколько эта сука ни пыталась вымыться, он все равно учуял. И сразу голову повело. Чуть не прибил в кабинете прямо. А вместо этого на столе разложил и как следует выдрал. Чертова парность.

- М-м-м, свежие мальчики, – с надеждой промурлыкала волчица.

А Герман в который раз пожалел, что воспитание не позволяло этой дуре затрещину отвесить. Такую, чтобы зубы лязгнули и вылетели.

- Смотрю, у тебя последние мозги через задницу вытекли, - сделал шаг вперёд. – Пойдем-ка…

- Ой, тошнит, - пробулькали сбоку.

Та самая клаустрофобная серая мышь. Это недоразумение ещё тут ошивается?!

А девчонка руками губы закрыла и как бросится вперёд, прямо на Илону.

Волчица с визгом отскочила в сторону.

- Ты охренела, девка?! Пошла отсюда! Вот дрянь! - и волчица заскочила в лифт, ткнула на кнопку, и двери захлопнулись.

Отлично. Хоть какой-то бонус за нервотрёпку. Пусть валит ко всем чертям. А он поработает как следует. Клаустрофобная мышка тоже исчезла. Топот лёгких ножек затих где-то за углом. Осталось надеяться, что девица знает, где тут уборная. Кто она такая вообще?

Герман нахмурился, припоминая неожиданное знакомство. Но образ девушки будто смазался, оставляя в памяти единственное определение: никакая. Бледная, хиленькая, мелкая, глаза вроде светлые, волосы непонятного оттенка. Темные. В общем, ни рыба ни мясо.

Одна польза – Илона от нее ускакала, задрав хвост, и волк тоже успокоился. Отступил, давая возможность собраться и продолжить работу. Макеты рассмотреть так и не успел. Истинная его заявилась: права качать и денег требовать. Как насос их вытягивала, а он покупал себе недели спокойной жизни.

Герман ослабил удавку галстука и направился обратно.

Может, реально метку поставить? Тогда зверюга ее вечно течная успокоится и в постель только его пустит. Волк одобрительно вякнул. Против инстинктов не попрешь – пары тянуло друг к другу чисто на физиологическом уровне, и бороться с самим собой – пустая затея. А он все за шкирку свое волчье «я» держит. Сопротивляется, как умеет сопротивляться только альфа. Илона от этого бесится, вот и мстит, как может.

Герман устало потер шею и шагнул в кабинет.

Помещение встретило его бардаком и душным ароматом секса. Мда, не вовремя он секретку эту тупоголовую вышвырнул. Прибралась бы напоследок.

Все три окна распахнул настежь, глубоко вдыхая пронзительный октябрьский воздух.

Якуту, что ли, звякнуть? Пусть забегает, погостит денёк-другой.

Герман задумчиво побарабанил по стеклу. Неплохая идея.