Официально считалась, что технология создания Вечных Дыр утеряна, однако многие были уверены, что алхимики Герметикона специально не воссоздают мощные ворота, чтобы избежать появления новой империи или имперских амбиций, способных привести к большой войне. Канцлер же точно знал, что истина, как это часто бывает, находится посередине: отрывочные материалы о Вечных Дырах существовали, однако исследования этого направления были запрещены – именно для того, чтобы сохранить статус-кво и не упрощать сообщения между мирами.

Но запретный плод манит, и Канцлер, в бытность свою учёным, увлёкся теорией Вечных Дыр, сумел добраться до закрытых архивов Герметикона и тщательно изучить всё с нею связанное. А потом, много лет спустя, вернулся к сделанным тогда записям и понял, что заложенные в Вечных Дырах идеи можно развить в нечто совершенно невероятное.

Например, в «Изделие-99» – грандиозное устройство, с помощью которого он собирался продемонстрировать свою силу и выиграть столь необходимое время.

– Готовность? – отрывисто спросил Канцлер, усаживаясь в командирское кресло «Изделия-99».

– Полная, – прогудело из переговорной трубы.

– Жду подтверждения начальников служб.

– Энергетика-один! Подтверждаю.

– Энергетика-два! Подтверждаю.

– Механика! Подтверждаю.

– Наведение! Подтверждаю.

Служба наведения – в полном составе – располагалась в поле зрения: операторы сидели спиной к Канцлеру, терпеливо ожидая, когда на гигантском, во всю стену, «дальнем глазе» появится изображение звёздного неба. Того участка, на котором будет впервые испытано придуманное оружие.

Очень страшное оружие.

Канцлер тихо вздохнул, медленно вставил ключ, который всегда носил на груди, в блок управления, медленно повернул его, мысленно повторяя, что отступать поздно, и громко произнёс:

– Объявляю начало эксперимента! – После чего уверенно потянул на себя рычаг, запуская первый контур «Изделия-99».

Да, именно так – гора с плеч. Только этим выражением можно описать ощущение Шилова, Жакомо, Эггерта и всех цепарей, когда «092» вывалился на Пелеранию. Напряжение, которое не отпускало их последние дни, внезапно исчезло, уступив место… расслабленности? спокойствию? облегчению?

Буйному и бурному счастью людей, сумевших преодолеть невозможное, противостоять силам природы и жестоким врагам, терявшим друзей, а в какие-то мгновения – даже надежду, но упрямо продиравшихся сквозь все преграды. Получая удары и отвечая на них ударами.

– Я не верю! – прошептал рулевой. И ему было не стыдно за выступившие на глазах слёзы.

– Святой Хеш привёл нас домой! – завопил вперёдсмотрящий. – Святой Хеш и Добрый Маркус!

– Кажется, нам крупно повезло, – по обыкновению хладнокровно произнёс Жакомо.