На коврике мгновенно образовалась лужица. Стрекоза резво достала из кармана припрятанную половинку киндер-сюрприза, развернула и засунула в рот. Я даже слова сказать не успела! А потом она ухватилась вымазанными в шоколаде пальцами за светлую обивку, оставив на ней заметные отпечатки. Начала вертеться, забралась с ногами на сиденье, оставила на нем мокрые грязноватые следы.

Такими темпами мы быстро превратим шикарный, сверкающий чистотой автомобиль Федора в помойку!

— Ксюша, сядь, пожалуйста, — взмолилась я.

И, достав из сумки влажные салфетки, принялась вытирать сиденье.

Федор сел на водительское место, посмотрел на меня, произнес:

— Куда едем? — спросил он.

— На Мира, 17, - произнесла я. И добавила: — Спасибо.

Если бы не Федор, нам бы сейчас пришлось торчать в аэропорту в ожидании такси, а потом выходить в мокрой одежде на мороз… Не дай бог, Ксюша заболеет! Она не привыкла к холодам, неизвестно, как отреагирует ее организм на резкий перепад температуры: мы улетели из +15, а прилетели в -10. Вообще она девочка крепкая, даже слегка закаленная, но все же об осторожности забывать не стоит.

Мы въехали в город, помчались по центральному проспекту, свернули на улицу, где по-прежнему стоит наш университет. Какое все знакомое и незнакомое одновременно! Вот этого здания не было, то отремонтировали, здесь появился новый торговый центр, а там снесли уличные ларьки.

Сколько воспоминаний связано с этим парком! И с этим фонтаном. Помнится, мы с девчонками искупались в нем после вечеринки, посвященной окончанию первого курса… Так, а где мое любимое кафе? Неужели закрылось? Очень жаль.

Кстати, почему мы едем по этой улице? Это совсем не по пути. Странно. Неужели Федор сделал это специально?

— Ты помнишь, что нам на Мира? — подала я голос.

— Помню. Просто подумал, что тебе будет приятно увидеть свою альма матер.

Приятно, да. С одной стороны. А с другой… Воспоминания о студенческих годах тесно связаны с воспоминанием о тех глупостях, которые я натворила после выпускного.

Об этом я совсем не хочу вспоминать! Но, видимо, придется.

Ксюша мирно сопела у меня на коленях, свернувшись калачиком и засунув большой палец в рот. Дурацкая привычка, от которой ее никак не удается отучить. Я осторожно сняла с нее шапку. Голова влажная, вспотела. Хорошо бы и пуховик снять. Но уже не получится. Ладно, пусть спит как есть. Скоро уже приедем.

Куда мы снова сворачиваем? Нам нужно налево, а не направо!

— Я забегу на пять минут по делам, — произнес Федор, притормаживая у офисного здания. — Ксюша все равно спит.

— Ладно, — выдавила я.

А что еще я могла сказать? Что мне хочется как можно быстрее с ним расстаться и попасть в квартиру Инги?

Федор вышел, я осталась в его машине.