Встретила пару своих однокурсников, которые удивились, увидев меня. Нашла Кристину. И она мне сообщила:

— Федор уехал. Сказал, что, возможно, сегодня не вернется.

Я брела обратно, еле волоча ноги. Что мне теперь делать? Надо позвонить. Надеюсь, он согласится со мной встретиться. После того, как он видел, что я приняла предложение Олега, а потом уехала с Егором… вполне может отказаться.

Я нажала кнопку телефона, и, затаив дыхание, слушала длинные гудки. Не берет трубку. Не хочет со мной говорить.

Может, он сейчас с другой, ищет утешения в чужих объятиях. Я его оттолкнула. Прогнала. Ясно дала понять, что он мне не нужен.

Как мне теперь все исправить?

Я несся под двести и даже больше, правда, на полпути сбросил скорость. Теперь надо высматривать синий "Тигуан" Инги. Машин немного, пропустить его я не должен. Они должны быть где-то здесь. Только бы не промчаться мимо!

Когда на дороге появился синий автомобиль, я притормозил. Переместился на встречную обочину, включил фары и даже посигналил, чтобы они меня точно не пропустили. А потом сам выскочил на дорогу.

"Тигуан" остановился. Пассажирская дверь распахнулась. Я увидел Марину.

И бросился ей навстречу. Она тоже побежала ко мне.

Я видел все, как в замедленной съемке. Распущенные волосы Марины развевались, ее ноги будто не касались земли, она как будто летела мне навстречу — легкая, воздушная, невыносимо красивая.

Вот она рядом. Ее огромные глаза кажутся испуганными. Она не улыбается, серьезна и встревожена.

— Марина, — выговорил я.

— Федор, — в то же самое время сказала она.

Это мы произнесли хором.

В ту же секунду ее глаза засияли, лицо озарилось улыбкой. А уж как засиял я! Боюсь, сейчас весь снег в радиусе километра растает!

Я разрывался между двумя желаниями: целовать Марину и смотреть в ее глаза. Ее взгляд наполнен счастьем и нежностью, он проникает прямо в мое израненное сердце, проливаясь исцеляющим бальзамом. Она никогда раньше не смотрела на меня так!

Между нами всегда было противостояние, летали сумасшедшие искры, толкающие на безумства. Искры разожгли пламя, и сейчас оно горит ровно, ярко, сильно. Марина сказала, что любит меня… Я не мог даже представить, что сегодня услышу от нее эти слова!

Это было как во сне.

Мы с Ингой ехали домой. Плелись еле-еле, потому что разговаривали. Вернее, говорила Инга, я молчала. Она вещала что-то о том, что все утихнет, перемелется и будет хорошо. Что не стоит так переживать, нервные клетки не восстанавливаются.

А я просто смотрела в окно, на заснеженную загородную дорогу, на ели и березы, на черный джип, который почему-то выехал со встречки на нашу полосу и остановился на обочине…

Стоп. Это же автомобиль Федора!

— Остановись! — крикнула я Инге.

Но она затормозила и без моей просьбы.