К вечеру я готов был грызть стекло. И не потому, что меня утомили мои однокурсники. Все шло не так уж плохо. Никто не свернул шею, катаясь с горки, со снегоходами тоже серьезных аварий не случилось. И в бане пока что никто не угорел, хотя еще не вечер.

Но у меня в душе был такой раздрай, что я сам чуть не въехал на снегоходе в толстенную сосну — задумался о Марине, забыл, где нахожусь. Бездумно жал на газ до последнего. Но все же сумел увернуться от столкновения.

Снегоход свалился набок, я полетел в сугроб. Лежал, смотрел в холодное солнечное небо и умирал от желания завыть. Как волк на луну.

Марина выбрала Олега. И, возможно, для нее это лучший выбор, чем я. Олег нормальный парень, и не только потому, что у него поставлен удар. Он раскрутил огромную компанию с нуля, добился невероятного успеха. Это значит, что у него отлично варит котелок, есть сила воли и упертость в хорошем смысле.

Он спокойный, уравновешенный, абсолютно точно не псих — это тоже ему в плюс. У него есть ребенок и, судя по всему, он прекрасный отец. Я бы тоже мог быть хорошим отцом… И мне очень захотелось им стать, после того, как я пообщался с Ксюшей. Но речь сейчас не обо мне.

Я веду себя с Мариной как кретин. Всегда. Мне хочется быть нежным и заботливым — а вместо этого я начинаю дерзить и цеплять ее. Мои чувства к ней — это какое-то безумие. Рядом с ней я как будто не в себе.

Может, дело в том, что я не верю, что она может меня полюбить.

Вечером позвонила Марина. Я не то чтобы ждал этого звонка… да, наверное, ждал. И уже собирался звонить сам. Я знаю, что завтра Марина улетает. И до этого момента нам обязательно нужно поговорить.

Я предложил сходить в какое-нибудь приятное место. Назвал несколько ресторанов на выбор.

— Давай встретимся на детской площадке, — неожиданно сказала Марина.

— Ты собираешься взять Ксюшу? — удивился я.

— Нет! Просто… это близко. А в ресторан мне не хочется.

Понятно. Ей не хочется в ресторан. Наверное, потому, что это займет как минимум пару часов. А Марина хочет поскорее от меня отделаться. Или… может, ей не терпится меня увидеть? На площадке я буду через десять минут.

Да нет, не стоит обольщаться. Я прекрасно знаю, что означает этот виноватый тон.

Она хочет сказать, что мы не можем быть вместе.

Олегу не понравится то, что я скажу. Но выбора у меня нет. Надо расхлебывать кашу, которую я заварила.

Когда я вышла из подъезда, Олег уже был на площадке. Он пошел мне навстречу и мы встретились у детских качелей. Я села на одни качели, он — на другие.

Пару минут я набиралась решимости, чтобы начать разговор. Все это время я раскачивалась, отталкивая ногами. Олег же сидел неподвижно. На меня не смотрел. И от этого мне было еще сложнее.

— Мне не нужно было говорить: я согласна, — решилась, наконец, я.