Террариум, в котором простому человеку не выжить!

Шлепок, прозвучавший в результате Стешиного фейспалма, Рита почти не расслышала, а вот молчание, последовавшее за ним, растолковала по-своему:

- Стеш, только ты не обижайся, пожалуйста. Но ты же у нас столько лет на глазах. А то я не знаю, как тебе приходится! Если что – то я правда не хотела тебя обидеть.

- Да нет, - негромко сказала Стефания. – Я просто представила себе, как Велигодский подставляет задницу Жильцову. Занятно!

И расхохоталась, чуть не свалившись на пол. Да слезы брызнули из глаз.

Что не свалилась – повезло. А вот брюки извозюкала еще сильнее – задела грязным каблуком штанину.

- Ну Стеша! Поговоришь, а?

- Нет. Не поговорю. Если в нашей семье хоть племянник на меня похож – уже хорошо. Будет продолжение актерской династии.

- Своих рожай для продолжения! – рассердилась Ритка. – Говорила я тебе, что надо нормального мужика искать – было бы продолжение. А ты вцепилась в деда, будто он один на земле!

- А он и есть один на земле, единственный и неповторимый, - отрезала Стефания совсем блаженным голосом, против которого никто бороться не мог – смущались, а она это просекла и беззастенчиво пользовалась. Так быстрее оставляли в покое: мезальянс предпочтительнее психушки. – Скажи Эдьке, что если он готов всю жизнь работать в провинциальном ДК и вести театральные кружки для пенсионеров, то может поступать. Обычно этот аргумент хорошо действует.

- Но на тебя же не подействовал!

- У меня мотивы были другие. К тому же, если этот аргумент бессилен, то можно даже не пытаться разговаривать. Он решил.

- Ваша чертова Адамовская порода! – в сердцах бросила разбушевавшаяся Ритка, и откуда-то издалека, с того конца, донесся недовольный голос Марика: «Уж лучше в Адамовых, чем в твою деревню!»

- Маричек, я не с тобой разговариваю! – выкрикнула невестка в сторону.

- Вы сейчас где? – улыбнулась Стефания.

- Я у Марка. Я ему брюки подрубила. Привезла вот. А он меня на солянку свою фирменную оставил. Сейчас будем обедать. Отправили Эдьку за лимоном.

И тут Стешины скулы свело, а рот наполнился слюной.

У нее даже голова закружилась, будто бы она услышала ее умопомрачительный запах, за который можно было продать душу хоть дьяволу, хоть кредитной компании!

- С оливками? – жалобно спросила Стеша.

- Ну да, - не поняла ее тона Рита.

- И он даже из банки рассол в бульон вылил?

В животе заурчало. А ведь только пообедала. Такими темпами и платья ушивать не придется – сама ни во что не влезет. Вот Махалина обрадуется!

- Ну ладно, ешьте тогда, - проглотив слюну и затолкав поглубже желание напроситься к ним на солянку, велела Стеша, судорожно размышляя, когда успела так разбить желудок, что перестала наедаться. Виноват во всем по ее глубокому убеждению был Андрей.