Это со своей точки зрения он – человек не такой уж молодой. Совсем не молодой человек. А для мадам, которая как минимум в два раза его старше, сущий юноша, которому нечем заняться вечером.

А правда, чем он занят вечером? Будет, блин, смотреть сны о Тайни Роул. Поскольку на самом деле никто ему старые грабли подсовывать не спешил. Китиарка, заметив его вчера на пляже, сделала вид, что они не знакомы. Затем была рыжуля, лодочка, ужин в отеле и секс в номере. Но как ни старалась девица, – кажется, ее звали Джулия… да, точно, Джулия! или Джульетта?.. – Роул она заменить не смогла. Может, правда мамаша-исследователь какой-то экспериментальный ген дочурке добавила, чтобы особый феромон выделялся? Во время соития. Иначе жертв было бы намного больше, чем Майер и он. Сейчас Алекс даже испытывал к программисту нечто, похожее на сочувствие. Они оказались в одной лодке. Точнее, в лодке была Роул. А они оба – за бортом.

Невеселые мысли завалили «лодочный нос» на бок, медленно сдвигая его к известной позиции на «полшестого». Очень вовремя. Потому что из-за головы Коллингейма послышался голос Себастьяна Марсо, в прошлом – капитана Космического Десанта Китиары, в настоящем… Кто ж ему скажет, кто бывший кэп в настоящем? А если и скажет, стоит ли верить?

– Привет! Как отдыхается? – поинтересовался Себ с радостной улыбкой в тридцать два зуба. Или сколько у них, у китиарцев, этих зубов?

В руках Себастьян держал два бокала с коктейлем «Мохито Звездная Пыль». С запотевшего бокала с двойными стенками, где в прозрачной жидкости плавали кусочки льда и зеленоватые лохмотья неясного происхождения, опускался холодный пар. Алекс сел, свесив ноги, и с удовольствием принял напиток.

– Нормально отдыхается, – отрапортовал Алекс, когда ледяной ароматный напиток смочил горло. – Втягиваюсь потихоньку в штатскую жизнь. Знаешь, оказывается, по утрам можно спать до самого обеда.

– Да, – кивнул китиарец. – А по ночам можно не спать до самого утра.

– Я и дома периодически не сплю до самого утра, – признался Коллингейм. – Работа мнения не спрашивает.

– Работа – она такая, да, – согласился Себастьян и предложил. – Давай пройдемся, поболтаем.

Отчего ж не пройтись?

Алекс встал с гамака и накинул на плечи легкий халат – полуденное солнышко припекало и грозило ожогами его не до конца привыкшему к лучам телу.

Рядом с этой глыбой мышц Коллингейм чувствовал себя хилым недоросликом. Как и все дети Китиары, Себастьян обладал совершенной внешностью. Большие темные глаза, прямой нос, волевой подбородок. Китиарский капитан ассоциировался у детектива с беспощадными воинами Древней Геи, которые разъезжали на скакунах и сражались на мечах.