— Вот только вопрос: даже если импланты сработают, кто подключится к хитвару? У кого хватит сил и нервов выдержать прямой нейросенсорный контакт с Иным, ведь действовать придется быстро и грубо, с расчетом на полное подчинение его воли!

— «Одиночки», — ответила Дайши. — Они адаптированы под технические характеристики имплантов и лишены человеческих уязвимостей.

Завязался спор. Захар не стал в него вступать. Он внимательно изучал карту полушарий планеты, мысленно удивляясь скудости активных маркеров.

В основном отметки были желтыми, обозначающие механизмы средней степени сохранности.

Как правило они функционировали в автономном режиме. Проще говоря — занимались самоподдержанием.

— Арч, сколько серв-машин вы в состоянии мобилизовать? — спросил Савва.

— Пятьдесят две, — не задумываясь ответил ИскИн.

Наступила невольная тишина. После озвученной цифры жаркий спор иссяк сам собой.

— То есть? — недоуменно переспросил Савва. — Какого фрайга? Пятьсот двадцать, наверное? Ноль забыл добавить?

— Пятьдесят две серв-машины, — повторил Арчибальд. — Из них тридцать модифицированных нами «Фалангеров» последних серий.

— Я думал на Везувии тысячи серв-машин, а «Одиночек» и того больше, — Захар тоже смотрел на андроида в полном недоумении.

— Ты заблуждался. Здесь ремонтировали технику, но не производили ее в промышленных масштабах. Модули «Одиночек» вообще родом с Юноны. Там их создавали и тестировали в условиях нейрокибернетических лабораторий. На момент окончания Первой Галактической гарнизон Везувия в основном состоял из андроидов пехотной поддержки, — они обслуживали комплексы противокосмической обороны.

Чуть больше тысячи серв-машин различных моделей и серий находились на полигонных испытаниях. Учитывая целую эпоху, минувшую с той поры, современная техносфера Везувия оскудела и в подавляющем большинстве представлена разрозненными механизмами. Сетевыми командами мы сможем мобилизовать боевых дронов, технических и штурмовых сервов, а вот тяжелые единицы в дефиците. Да и «Одиночек» осталось мало.

Савва побледнел. В распоряжении «Стальных» было еще двадцать три исправных серв-машины. Итого — семьдесят пять против сотни «БТК» Иных…

«Отчаянное положение, — подумал Захар.

 — Но перспективы еще мрачнее…»

— Сколько дронов и сервов можно мобилизовать глобальными сетевыми командами? — спросил Айрон.

— Разной мелочи наберется много, — ответил Арчибальд. — Порядка трех-четырех тысяч единиц. Большинство механизмов придется бросить в бой со скудным боекомплектом и в плачевном состоянии, но для борьбы с рагдами они сгодятся. Дронов, способных выйти на низкие орбиты нам хватит. Ситуация не настолько безнадежна, как показывают цифры.