Звезды делились на три категории: люди, знаменитые в реальности, но почти не известные в «Теневом мире»; люди абсолютно неизвестные в реальном мире, но снискавшие популярность в мире виртуальном; люди, которые были знаменитостями в обоих мирах. Большинство представителей последней группы в игре были «реалистами» — это были крайне эгоистичные натуры, которым не хватало восхищения реальных людей, они нуждались в любви и внимании еще и персонажей параллельного мира. Правда, у некоторых из них были действительно интересные судьбы: например, один очень популярный телевизионный ведущий в «Теневом мире» отказался от карьеры журналиста и стал всемирно известным виолончелистом.

Вот это действительно круто, думал Джастин.

Между тем в реальности он продолжал сидеть на своем месте, прозвенел звонок с урока, и ребята ринулись в столовую. Джастин потянулся. Едва ли кто-нибудь обратит внимание, что он никуда не уходит. В том, что кто-то из учащихся решил поработать за компьютером во время обеденного перерыва, не было ничего удивительного, и потом, мало кто из его одноклассников так тесно с ним общался, чтобы интересоваться его планами на обед.

Оставшись один в кабинете, он снова погрузился в игру.

Он доел гамбургер и как раз собирался открыть большую пачку чипсов, когда вошла экранная Сэлли. Она остановилась на верхней ступеньке и оглянулась по сторонам. Увидев Джастина, она кивнула, хотя, похоже, не слишком рада была его видеть.

— Джастин, по-моему, тебе рановато сидеть вот так одному, днем, в баре.

— Сэлли, в реальности — наверное. В игре к этому относятся спокойней.

Она села и залезла двумя пальцами в пачку с чипсами.

— Что случилось? — Поблизости не было посторонних, можно и не называть друг друга по имени.

 — Ты печатаешь. Ты что, в школе? — Если она в гарнитуре, то слышит не его голос, поскольку напечатанные Джастином слова воспроизводит ее компьютер. А то, что говорит она, появляется на экране у Джастина в виде субтитров.

— Да, гадство! — сказал Джастин и попытался, не слишком изящно, сменить тему: — Зато я, наконец, поймал тебя на том, что ты «реалистка».

Сэлли замолчала, и Джастин уже подумал, что обидел ее, но она ответила:

— Нет ничего постыдного в том, чтобы быть «реалистом».

— Совершенно ничего, — согласился Джастин. — Я удивился, только и всего. Я думал, ты просто любитель криминальных историй, вроде меня, и потому стала в «Теневом мире» работать в газете.

— Так и есть, — сказала Барвик, — вот только сначала я устроилась в настоящую газету. Как ты узнал?

— Увидел сегодня в газете фамилию автора репортажа.

— А откуда ты знал, что я буду в игре в это время, до часу?

— Я подумал, вряд ли «реалист» сможет удержаться и не поиграть в обед.

— Ну да.