Глупая…

Отворачиваюсь, беру под руку своего Соколова, устраиваю на его плече голову. Он обнимает меня в ответ, второй рукой продолжая прижимать к уху телефон.

– Дём, мне нужен совет, – прошу, как только он убирает трубку в карман. – Никак не могу решить, что делать с Викой.

Делюсь с ним своими противоречивыми чувствами и переживаниями. Их кидает от жалости к младшей сестренке до желания все же наказать, ведь она предала меня и жалеть не стала. И родная ведь…

Я не знаю. Просто не знаю, как поступить в этом случае. Это мучает меня все дни, что мы затаились в ожидании.

Рассказываю Демиду, что думала по поводу нее и Сатьянова. В голове это звучало не так страшно, как на словах.

– Давай я решу это сам, – предлагает Демид.

– Что с ней будет? – нервно перебираю его пальцы.

– Ты мне добро дай, я сделаю, а уже потом расскажу. Иначе ты так и будешь сомневаться, а просто так отпускать ее нельзя. Вика должна получить свое наказание, Ась. Это для ее же блага. Пока свою жизнь не похерила окончательно. А так, – улыбается, – может еще есть шанс и однажды, лет через десять-пятнадцать вы сможете встретиться и просто открыто поговорить обо всем, что произошло.

– Ты думаешь, это возможно?

– Время покажет, Ась. Сложно сейчас судить. Так ты позволишь мне решить вопрос с Викой?

– Будет жестко? – никак не решусь дать ему ответ.

– Возможно, но исключительно на пользу.

– Хорошо, – соглашаюсь.

Длинное черное платье, рыжие волосы, заплетенные в тугую косу, и туфли на красивой шпильке – то, что сейчас отражается в зеркале. На губы ложится алая помада. Я на мгновение закрываю глаза, чтобы поймать равновесие.

Нервное напряжение звенит в спальне. Дёма беспокоится за меня и даже просил остаться дома. А как я останусь? Надо довести все до конца. Я должна увидеть финал этой истории своими глазами, чтобы наконец начать спать спокойно.

Демид тоже в черном. На его широких надежных плечах идеально сидит черная рубашка. Поправляю ему воротник, скользнув пальцами по напряженной шее.

Дочка с няней ушли гулять в парк, чтобы не видеть мое состояние.

– Ты восхитительна, – улыбается Соколов. – Пойдем, – подает мне руку, – красиво все закончим.

Водитель открывает для нас дверь машины, припаркованной у подъезда. Демид галантно помогает мне сесть. Садится следом, ободряюще сжимает мою руку.

В небе сгущаются тучи, и кажется, что даже погода сегодня на нашей стороне. Она как естественная декорация для спектакля.

Гремит гром и первые крупные капли дождя падают на стекло автомобиля. Задумчиво повторяю пальцем их движение по стеклу.

Мы доезжаем до старого городского кладбища. Возле входа уже припаркованы знакомые автомобили.