Немцы снова настырно лезли. Ахнул Ковальский – вот так сюрприз! – и повалился с пулей в груди. Павел вставил в карабин последнюю обойму. В полный рост уже никто не стоял, люди прятались в траве от шквального огня.

Раздалось надрывное дребезжание: по дороге со стороны деревни ехали мотоциклы. Это определенно не к добру! Началась паника, люди разбегались.

– Павел, давай на холм! – орал Кривошеев. – Там до леса двести метров – уйдем!

Ведь советовал же Вермону затаиться на том холме и выслать разведку в деревню! За высотой местность пересеченная, овраги – есть реальный шанс уйти!

Уже никого не было видно, выжившие партизаны попрятались, отползали.

Приближались два мотоцикла. Пулеметчики самозабвенно крошили стебли травы.

Первый мотоцикл остановился за околицей, второй его обогнал, вылетел в поле и запрыгал по кочкам. Пули летели веером. Страшно взвыл смертельно раненный боец – кажется, Марсель.

Павел приподнялся. Прямо на него летел мотоцикл с тремя солдатами. Ствол пулемета изрыгал вспышки пламени. Он рухнул обратно, жар ударил в голову. Пальцы машинально вырвали гранату из подсумка. Другого выхода не было, кроме как подорвать себя вместе с этими чертями.

Он заблаговременно вырвал чеку и прижал рычаг к ребристому корпусу лимонки. Боеприпас не слабый, на всех хватит. Он ждал, затаив дыхание, пот катился по лбу… Но мотоциклист его не видел. Майор сел.

Не пришел еще его час – мотоцикл внезапно сменил направление. Кто-то кинулся прочь – не выдержали нервы. Заулюлюкал пулеметчик, рассмеялся хриплым смехом мотоциклист. Нет большего удовольствия, чем преследовать беспомощных людей! Мотоцикл открылся правым боком, и Павел бросил гранату, да с такой силой, что чуть не вывернул конечность.

Граната упала в нескольких метрах от переднего колеса. Мотоциклист что-то заметил, но успел лишь разразиться воплем. Все происходило как в замедленной съемке. Граната рванула в тот момент, когда на нее наехало колесо мотоцикла.

Зрелище было эффектное. Заднюю часть мотоцикла подбросило в воздух, мотоциклиста вышвырнуло из седла. Взмыли в воздух оторванные элементы конструкции. Отвалилась люлька, пулеметчика придавило перевернувшейся коляской, и он свернул шею.

Павел повалился в изнеможении.

Выходит, поживем еще? Да и некомфортно как-то помирать на чужбине…

Выжившие партизаны восторженно закричали, стали швырять гранаты куда попало – в отличие от патронов, этого добра хватало. Летели в воздух советские «РГД» и германские «колотушки» с удлиненными ручками. Часть поля, прилегающая к дороге, покрылась пеленой разрывов.

Второй мотоциклист не рискнул уходить с дороги. Пулеметчик оборвал стрельбу, мотоцикл развернулся и подался в деревню – весьма вовремя, экипаж могло зацепить осколками.