Прожечь чешую хвоста или оставить ожог на животе или шее. И вполне счастливой и веселой отправиться в таверну полакомиться охлаждённым ягодами. А то такие забавы, да на солнцепёке, так утомляют.

Но было и ещё одно предназначение этих помостов. На них проводились наказания. Наказания человечек. Тех девушек, что по злому року оказались, связаны с местными змеями.

Дарден и Ард несколько раз силком утаскивали меня в закрытую часть фургона, чтобы избежать проблем и конфликтов.

Как справедливо заметил Ард, в этой стране обязанных мне жизнью правителей не было.

Алиена пыталась успокоить, шепча ласковые слова и создавая ощущение теплых объятий, в которых я плакала, зажимая самой себе рот кулаком, стараясь быть неслышной.

Мне хотелось выть от той непомерной жестокости, которую я видела в этой стране постоянно.

— Алиена, почему? Почему им все это сходит безнаказанно с рук? Разве их не заботит откат?

— Каждая нагиня, считается "богиней на земле" — тихий шепот в голове, такой родной, такой успокаивающий голос — любое оскорбление считается нарушением закона. А за нарушение закона нужно отвечать.

Именно поэтому оборотни тебя уводили и ограждали, как могли, уже понимая, что ты не сможешь промолчать.

— Но это же просто… Какие твари! Встретить бы тех магов — уродов, что придумали этот ритуал "черного выбора", и стереть в порошок, до седьмого колена, чтоб не повадно было всякую дрянь придумывать!

— Маленькая, ты повторяешь любимую фразу моего отца- грустная улыбка слышалась в этих словах

— Алиена, это какой-то проклятый мир. Мерзкий и подлый. Несправедливый. Не удивительно, что боги разгневанны, явно не таким они видели свой мир.

Ну, неужели нет у этих нелюдей, никаких чувств и привязанностей к тем, кто живёт рядом, вынашивает и рожает детей, обеспечивает продолжение родов и народов? Неужели все согласны с таким скотским отношением к женщинам? Эти нагини — богини всего лишь развращенные, ошалевшие от вседозволенности и безнаказанности пустышки. Да боже упаси, чтоб такая дрянь жила с моим сыном и вынашивала моих внуков. Такую наследственность ни одним воспитанием не исправишь. Как всё-таки жаль, что у меня нет ни единой крупицы магии. Может быть, если бы я постоянно тренировалась, мне бы хватило сил на одно единственное за всю жизнь волшебство?

— Может быть… Все может быть.

Я улеглась, поджав ноги к груди. Поза эмбриона. Именно так я засыпаю, когда устала или мне больно. Но сейчас ласковое тепло гуляло по телу, словно чьи — то заботливые ладони гладили и успокаивали, усмиряли истерику, готовую пойти на второй круг. Мягкий голос тихо напевал о небе, усеянном звёздами, об искрах пламени, что вечно летят в небеса, об отраженье души в темных пещерных озёрах.