Гораздо позже я узнала, что Катя тогда взяла отпуск за свой счет, а Нюра наняла помощника, который практически украл её бизнес. Подруга в последний момент успела подтянуть знакомых из полиции. И именно её ругань в ту ночь вырвала меня из затянувшегося забытья. На миг проснулось любопытство: подруга ещё никогда так не ругалась. Под раздачу попала и я, причем бранила она меня именно за мои заслуги.

- Думаешь, Стас хотел бы видеть тебя такой?! – Аня встряхнула меня несколько раз и продолжила прочищать мне мозги, закончив безапелляционным заявлением. - Ты должна жить рад них!

Именно это заставило меня очнуться, ведь Станислав, приходивший ко мне во сне, постоянно повторял эту фразу.

Возвращаться в реальную жизнь было трудно, но мне помогали подруги. Да и руководство компании с пониманием отнеслась к моему горю и о том продолжительным отпуске никогда не напоминало. Но у меня оставалось слишком много свободного времени. Я стала перебирать различные хобби и неожиданно для себя увлеклась танцами. Надо сказать, что подруги и с этим «перебором» поддерживали меня. И первый месяц мы втроем ходили на танцы, но им не зашло. А для меня танцы стали новой страстью. Я даже участвовала в любительских конкурсах и выступлениях. Заметив со временем, как трудно мне найти подходящий наряд, я начала шить их сама. Сначала переделывала какие-то моменты в готовых изделиях, а потом и выкройку научилась составлять.

И жизнь постепенно наладилась. Но новое несчастье свалилось на нас, как гром с ясного неба. В тот день сердце опять было не на месте. И звонок Нюры только усилил тревогу. А ближе к вечеру позвонил брат Кати и сообщил страшную новость.

Стиснув зубы, я заставила себя дышать. Не сразу я осознала ледяную пустоту, что образовалась там, где я постоянно ощущала подругу. И только на девять дней поняла, что Катя ни разу не приходила ко мне во сне. Не могу назвать себя медиумом, но я часто видела умерших в своих сновидениях. Именно так родители попросили прощения у меня, и я смогла их простить. На сорок дней уточнила у Нюры, приходила ли Катя к ней. Тогда же поделилась ощущениями насчет Кати, и подруга неожиданно предложила улететь туда, где мы отдыхали в последний раз.

Уже в аэропорту я почувствовала неладное, но... что-то внутри меня говорило, что всё правильно.

Когда же мы осознали, что самолет падает, я неожиданно ярко осознала, как сильно хочу жить. Дышать, смеяться, плакать... В последнюю секунду посмотрела в глаза подруги и увидела ту же жажду жизни.

– Тая, прости... – выдохнула Нюра.

Возмутиться насчет её глупости я не успела.

А после мгновения невыносимой боли я очутилась в пространстве, заполненном плотным серым туманом.

– Да Тьма вас побери!!! И что мне теперь с вами делать?! – мужской голос был злым.