Накопители я зарядила в первые два дня, а потом долго думала, куда сливать энергию. Перелистала весь учебник, пока не нашла базовое заклинание из воздушной стихии. Собственно наши вылазки на палубу участились, когда я освоила его. Я добавляла ветер в паруса и думала, что мои махинации никто не заметит. Но уже на третий день к нам подошел Иво Томази.

- Поразительно, нас до сих пор сопровождает попутный ветер, - заметил он, с насмешкой поглядывая на меня. – Так гляди в Сайгорн, мы раньше времени придем.

- Так это же замечательно! – воодушевленно произнесла я, всем видом изображая непонимание.

- Просто великолепно, - поддержал меня Иво. И тут же уточнил. – Ты воздушница?

- Нет, огневица, - от неожиданности ответила искренне. – Но на корабле даже не пыталась практиковаться с огнем.

- Поразительно логичный поступок, - с легкой насмешкой констатировал помощник капитана. – В Делавар плывешь, чтобы в Академию поступить?

- Нет, - опять искренне отреагировала я. Но заметив взметнувшиеся брови мужчины, поправилась. – Точнее не сразу. Сначала надо дождаться одного человека из Дарины. Мы вместе хотели поступать в Академию.

- А жить-то тебе есть где? И на что? – поинтересовался Иво.

- Думаю, найду, где жить, - я пожала плечами и потянулась к медвежонку, которого Аля всегда носила с собой. – А на что? Да вот думала, начать продавать и в Сайгорне детские игрушки.

- О! Видел я на ярмарке таких чудных зверят, - улыбнулся искренне мужчина. – Даже выступление на площади застал, когда с внуками гулял.

- Внуками? – уже я удивленно улыбнулась. – И сколько же им лет?

- Шесть лет Анни и четыре года Мишелю, - голос Иво стал таким теплым при упоминании внуков, что я удивленно приоткрыла рот. И даже боль от упоминания имени потерянной где-то в этом мире подруги отошла на второй план. А может, это судьба? И я найду Анюту в Делаваре?

Как-то незаметно мы сдружились с помощником капитана. Я сшила пару игрушек для его внуков, которых он обожал всем сердцем, что меня продолжало удивлять. У мужчин нет, как у нас, материнского инстинкта, поэтому они так легко бросают детей, разводясь с женами. Или небрежно требуют аборта от временных подружек. Бывают, конечно, и исключения, но очень редко. А тут даже не отец, а дедушка с умилением рассказывает о том, что Анни пошла ещё, когда ей годика не было, а зубки у Мишеля начали расти в пять месяцев. На вопрос же об отце детей, Иво нахмурился, но все же ответил, что море его забрало. Коварное и жестокое в этом мире море.

По прибытии в порт почти не удивилась, когда Иво предложил проводить нас с Алейной к одной его старой приятельнице. Правда, не ожидала, что определение относится и к возрасту этой женщины. Дом её находился на границе ремесленного квартала с трущобами.