– Мама обещала, что позволит тебе посидеть с гостями, верно? А я обещал поговорить с ней и напомнить об этом.

Обещал, но не поговорил. Мне очень жаль, Памела. Сможешь ли ты простить меня?

– Нет, – ответила она, снова уткнувшись лицом в грудь Флер.

Герцог вздохнул и погладил дочь по волосам.

– Хочешь, я все устрою? Сегодня у нас пикник. Может, пойдешь вместе со всеми?

– Нет, я хочу остаться с мисс Гамильтон и учить французский. Как раз сегодня у нас первый урок.

– Ну пожалуйста, Памела… А что, если мы уговорим мисс Гамильтон отложить урок на завтра?

Флер поцеловала девочку в висок:

– Мы начнем учить французский завтра, хорошо? А сегодня прекрасный день для пикника.

Мне кажется, что все леди наденут красивые муслиновые платья и чепчики и у всех будут хорошенькие зонтики.

– И, как я слышал, там будут пирожки с раковыми шейками, – добавил герцог. – Так ты пойдешь, Памела?

– Если и мисс Гамильтон пойдет, – неожиданно заявила леди Памела.

Флер встретилась взглядом с герцогом.

– Но мама и папа хотят, чтобы вы отправились на пикник без меня.

– Мисс Гамильтон хотела бы отдохнуть, – проговорил герцог.

 – Она очень устала.

– Тогда и я не пойду, – сказала девочка.

Герцог снова вздохнул.

– Мисс Гамильтон, а вы любите пирожки с раковыми шейками? – спросил он.

– Очень люблю. Особенно на пикниках.

Леди Памела спрыгнула с коленей Флер и убрала с покрасневшего и опухшего от слез личика пряди волос.

– Я пойду к Нэнни, – сказала девочка. – Прикажу ей, чтобы приготовила мне розовое платье и соломенную шляпку.

– Лучше не приказывай, Памела, а попроси, – улыбнулся герцог.

Девочка выбежала из комнаты. Его светлость посмотрел на Флер.

– Мне очень жаль, что так получилось. Нэнни отправила ко мне Хаутона с сообщением о том, что Памела плачет.

Конечно, это я во всем виноват – забыл о своем обещании.

– Не беспокойтесь, мисс Гамильтон, я все улажу, – продолжал герцог. – И знаете.., ваша ученица очень привязалась к вам.

Флер в смятении вышла из классной комнаты. Ей очень не хотелось отправляться на пикник, но она не могла нарушить обещание, данное леди Памеле.

Она вдруг снова подумала о том, что, наверное, совсем иначе относилась бы к герцогу Риджуэю, если бы тогда не пошла с ним в гостиницу.

И тотчас сообразила, что в этом случае не получила бы места гувернантки в Уиллоуби-Холле и находилась бы сейчас в Лондоне, в своей убогой комнатке. И тогда уже наверняка стала бы самой настоящей проституткой.

Флер понимала: если бы не герцог, то все могло бы сложиться гораздо хуже.

К тому же она чувствовала, что успела привязаться к своей ученице, полюбила эту капризную и упрямую девочку. Да и Памела нуждалась в ней, Флер в этом не сомневалась.