Ее сердце сильно забилось.

На этот раз они нашли ее – ту самую могилу. На могильном камне красовалась надпись: «Джон Хобсон, возлюбленный сын Джона и Марты Хобсон. 1791-1822. Да упокоится в мире прах его».

Боже, о Боже! Флер замерла. Это она убила его. Хобсону был всего тридцать один год. И он был чьим-то любимым сыном. Марта Хобсон родила его. Джон Хобсон, в честь которого назвали сына, воспитывал его. Родители, наверное, испытывали чувство гордости, когда их сын стал слугой лорда Броклхерста в Герон-Хаусе. Они хвалились этим перед своими односельчанами. И вот теперь он лежит здесь, мертвый и холодный, под землей.

– О Боже! – сказала Флер, опускаясь на колени и дотрагиваясь до холодного могильного камня.

– Флер, – герцог легонько тронул ее за плечо, – я на минутку схожу к викарию. Скоро вернусь.

Но она не слышала его. Хобсон, этот сильный и красивый мужчина, лежал здесь, в земле. И это она убила его.

Она не помнила, как долго простояла на коленях. И вот наконец две сильные руки взяли ее за плечи и помогли подняться на ноги.

– Я отвезу вас обратно в гостиницу, – сказал Адам. – Вы там отдохнете.

Они снова оказались в экипаже, но она даже не помнила, как очутилась там.

– Я не представляла, что это будет так трудно, – сказала Флер. – Поначалу я даже не думала об этом. Больше беспокоилась о самой себе. У меня почти не было ночных кошмаров. Временами мне даже казалось, что Хобсон заслужил то, что с ним произошло, хотя было и жаль его. Но в последнюю неделю я поняла: мне надо приехать сюда и самой увидеть место его последнего упокоения… И вот теперь я это сделала.

Она закрыла лицо руками.

– Вам надо прилечь и немного отдохнуть. – Герцог обнял ее, затем одной рукой развязал ленты ее шляпки и отвел их в сторону. Положив ее голову к себе на плечо, он перебирал пальцами ее волосы, пытаясь успокоить ее.

– Я ведь не собиралась убивать его, – прошептала она едва слышно.

Риджуэй заказал для них две комнаты в почтовой гостинице, которые оказались просторнее и лучше обставлены, чем те, которые они занимали накануне. Между комнатами также имелась отдельная гостиная.

– Я прошу вас прилечь на часок, – сказал он, проводив ее в одну из спален. Потом, не отпуская рук Флер, посадил ее на кровать. – Мы сегодня будем обедать позже. А пока я советую вам поспать.

Она подчинилась и откинулась на подушки. Он снял с нее туфли. Девушка, казалось, пребывала в каком-то оцепенении и никак не могла вернуться к реальности.

– Вам, очевидно, надо снять и платье, как только я выйду.

– Мне надо кое-куда сходить, – сказал он. – Я скоро вернусь.

– Да, – покорно ответила она.

Ее даже не интересовало, к кому он собирается пойти в этом незнакомом месте, ей не показалось это странным.