Впрочем, я вас понимаю… Если уж вы решили жениться на мисс Брэдшоу, то, конечно же, глупо ее опасаться, хотя она собиралась убить вас и убила вашего слугу.

– Я вовсе не собирался жениться на ней, – заявил лорд Броклхерст.

– Прошу извинить меня, я, наверное, ослышался несколько минут назад.

– Я не совсем вас понимаю, – пробормотал гость. – Что вы, собственно, хотите сказать? Неужели вы полагаете, что я бы женился на женщине, обворовавшей мою мать и убившей моего слугу?

– В самом деле, как вы можете жениться на ней? – усмехнулся герцог. – Но не думаете ли вы, что судье покажутся странными события последних дней и только что сделанное вами признание? Не подумает ли он, что вы предложили мисс Брэдшоу сделку? Судья может заподозрить, что вы добиваетесь ее расположения.

Лорд Броклхерст вскочил на ноги:

– Это гнусная клевета, Риджуэй! Когда я изложу все факты, когда расскажу, как на самом деле все происходило, ее непременно осудят.

– И вы, без сомнения, будете наблюдать, как ее станут вешать, – сказал герцог. – Вам будет приятно увидеть, как ей на шею накинут петлю и затянут ее? Вам будет приятно увидеть, как исказится ее лицо, когда она испустит последний вздох?

Лорд Броклхерст сжал кулаки:

– Я любил ее. И сейчас люблю. Но, к несчастью, справедливость должна восторжествовать.

– О, я надеюсь, что так и будет, – сказал герцог, пристально глядя на гостя. – Но имейте в виду: я тоже буду давать показания на суде.

– Я уже понял, что она ваша любовница, Риджуэй. И если этот факт установят, то ваши показания немногого будут стоить. Потому что вы заботитесь вовсе не о дочери, а о собственных удобствах. Ради мисс Брэдшоу вы готовы представить все в ложном свете, мне давно следовало это понять.

– Хаутон, вы меня слышите? – проговорил герцог, чуть повысив голос. – Не принесете ли вы мне бренди, приятель?

В следующее мгновение из полуоткрытой двери музыкального салона вышел секретарь герцога. Он подошел к столу и налил своему хозяину бренди.

– Полагаю, Хаутон, вы делали заметки? – спросил герцог. – Хотя при вашей блестящей памяти это необязательно.

– Все подробнейшим образом записано, ваша светлость, – ответил Питер Хаутон.

– Благодарю вас, – кивнул герцог. – Я вас больше не задерживаю, Хаутон. Можете вернуться на свое место, Секретарь наклонился и вышел из библиотеки.

– Погода сегодня действительно отвратительная, – улыбнулся герцог. – Но она вполне меня устраивает. Не представляю себе, где бы я спрятал свидетеля, если бы этот разговор состоялся во время верховой прогулки. Теперь я знаю: вы хотите дать ложные показания, а это, как я понимаю, является преступлением. Так что же мы с вами будем делать?

– Мы с вами? – переспросил лорд Броклхерет. – Но ведь Изабелла – убийца.