Полы в просторном помещении щедро устилали сухие золотистые стебли пшеницы, но ни одна соломинка не зашуршала.

Пристально глядя на мужчину, спросила:

Фиктивный супруг ответил, не раздумывая – тактика внезапного нападения сработала.

И мне бы устыдиться, что подловила, да только сомневаюсь, что кромешник когда-нибудь сказал хоть что-то, о чем потом бы жалел.

– Тогда почему здесь ты, а не он?

– Я с ним поменялся.

– А Свер думает, что кромешника нам не прислали, – я нахмурилась, – или же у будущего лорда-хранителя града нет чести. Почему не переубедил в обратном?

– Быть начеку полезно.

Ну да, пусть Свер гоняет стражу, а не надеется на помощь ордена? Согласна, полезно.

– Подожди, если знаешь Вебранда, ты в курсе о его родственнике Кастаносе?

– Они не родственники.

Хоть одна приятная новость. А делец еще тот лис, наглый и хитрый, воспользовался тем, что о Вебранде здесь ничего не знают, да еще и какие-то доказательства предоставил.

– А документы? Поддельные?

– Выходит, что так. Позже разберемся.

– Эйден, а почему вы вообще поменялись?

– Ответ за ответ.

Что с твоим отцом? Ты зовешь его во сне.

Вздохнув, присела возле закутка с котятами на упругий тюк с соломой – в ней ньйоры обожали вить своеобразные гнезда, хотя на самом деле не нуждались в удобстве и могли спать в снегу. Удивительные звери.

– Не хочешь – не говори, я не заставляю.

Я покачала головой. Взяв пучок золотистых стеблей, принялась плести из него куколку, чтобы занять подрагивающие пальцы.

– Просто не знаю, с чего начать.

Разделив солому на две части, скрутила руки из первой и туловище с головой – из второй.

Вместо ног была юбка. Косичку я быстро сплела из трех соломинок.

Забавно, но куколок из травы и листьев меня научил делать отец. Он говорил, что в юности плетение помогло разработать пальцы, когда случайно их повредил. У стихийных магов специфические заклинания построены на жестовой магии, поэтому гибкость кистей особенно важна.

– Начни с вины, которая заставляет звать его по ночам.

Я почувствовала себя уязвленной.

– Нет никакой вины! Отец сам принял решение искать уршилевую жилу в одиночку.

Плетя еще одну куколку, я коротко рассказала о трагедии нашей семьи.

Объяснила, за что не люблю Марона.

– Вы нуждались в деньгах, раз твой отец рискнул жизнью, отправляясь в район с высокой активностью нечисти?

Раньше я бы отрицала, сейчас же призадумалась. Когда отец исчез, я многое не понимала или старательно отворачивалась от правды. Но теперь кусочки мозаики сложились в четкую картинку. И помог в этом Фрост, страсть в его взгляде. Теперь я точно знаю, как смотрит мужчина на женщину, которую безумно желает.