Члены гарнизона вразнобой выкрикнули слова в честь полковника, который тоже сжимал в правой руке бокал, левой обхватив за талию одну из дев, что здесь служила. А Мьёльнир потянулся силой к компонентам стены, вливая в них силу Агвира. Для удара по такому количеству людей в замкнутом помещении, артефакты-накопители были жизненно необходимы.

С этим он справился быстро — солдаты начали оседать на пол, не успев допить содержимое своих бокалов. Использовалось всё то же плетение, которое предполагало взятие врага в плен. К сожалению, сразу на большом числе целей его использовать было нельзя, из-за чего пришлось схитрить — я наносил сразу десятки автономных ударов. Собственно для этого и требовались накопители — обеспечить подобную возможность. Каждый артефакт выступал в качестве источника силы для отдельно взятой атаки.

Какие-то несколько секунд — и на ногах остался только Оболенский. Оглянувшись на меня, сбросившего полог невидимости и заходящего внутрь, патриций неодобрительно качнул головой.

— Я только во вкус начал входить. С личным составом знакомиться. Контакты налаживать, — покосился он на деву, которая так и повисла на его левой руке.

Появившаяся с другой стороны зала Асука подняла глаза к потолку, а вот Ульяна не удержалась от замечания.

— Вам мужчинам, лишь бы контакт с кем-то грудастым наладить. Мы тут вообще-то не просто так, князь.

Кавалергард тяжело вдохнул и нехотя опустил пленницу вниз, осторожно уложив на пол. На Ульяну он бросил взгляд весьма неодобрительный, но возражать не стал. С одной стороны она была права, а с другой, рядом стоял смущённый Прохор и слова скорее были адресованы ему, а вовсе не Оболенскому.

Впрочем, это были их личные вопросы. Меня же больше волновало окончательное взятие крепости под контроль. Сейчас наступило время второго этапа — Мьёльнир обрабатывал каждого противника по отдельности, разрушая его личный артефакт связи, после чего мы приводили того в чувство и устанавливали ментальный контроль.

Проблем с их лояльностью не возникало. Как и в прошлом случае, этим смертным в принципе было плевать, кому служить, пока их устраивают условия. К тому же они порядком недолюбливали высшее руководство Дома Кали, считая, что те купаются в роскоши, сбрасывая им лишь крохи богатства. Стандартные издержки любой непрозрачной структуры с жёсткой иерархией.

Потому, я получал всё новых воинов, связанных клятвой, а в сознание лились образы из их памяти. Единственный с кем предполагались хотя бы какие-то проблемы, был комендант. Но он согласился ещё быстрее прочих. И в его памяти нашлось то, на что я крайне рассчитывал. Вариант связи с одной из Башен, оставленный на случай крайней необходимости.