И оценивал момент без ошибок.

— Да. Тело же потом могут не выдать родственникам после всего, так пусть хоть сейчас попрощается. — Ана абсолютно естественно осенила себя знамением по католическому канону.

Мартинес так же рефлекторно повторила.

— Да, наших предупреждали. — Парень огляделся по сторонам. — Специально меня сюда и поставили, а не гринго. Внутри скажите, что вам нужно к дознавателю — на опознание. Оно, кстати, актуально и чистая правда. Проходите быстро.

Рыжий не успел поймать пакет перевода с кастильяно от Миру, но зато увидел в их исполнении относительно понятный ему жест.

Озадачившись, он явно решил поучаствовать в сцене для убедительности и зачем-то с серьёзным видом сцепил пальцы едва ли не в кукишь, после чего тоже перекрестился.

В другую сторону. Противоположную. Тремя пальцами. Бля. Хорошо, не левой руки.

Захотелось истерично захихикать.

— Он русский, ортодокс. — Шагающая сзади Хамасаки выдала вроде как естественную по контексту ремарку хотя и с акцентом, но вполне понятным языком.

Айя ракетой рванула в онлайн справочник христианских обрядов и чуть не ударила нижней челюстью в бетон.

Ух ты дважды. Не знала. Офигеть.

— А-а-а, — легавый тут же расслабился. — Понял. Да, точно... — видимо, тоже тут же сверился с кое-какими базами и убедился в том же.

— Я буду внимательно присматриваться и следить за тобой, — "зловеще" пообещала Мартинес японке. — Ибо ты тоже полна сюрпризов, сестра моя.

— Как тебе будет угодно, — равнодушно отмахнулась Миру, переходя на английский. — Чего только не сделаешь, чтобы сохранить иллюзию собственной грандиозности, да? Хи-хи.

Вроде и тон был несообразный обстановке, но Рыжий почему-то расслабился и отмер, становясь нормальным человеком.

Она и Эрнандес это чётко почувствовали через тактильный контакт.

— Добрый день, моя фамилия Эрнандес. — Длинная, не заморачиваясь, решительно дёрнула за рукав патрульного, стоявшего на переходе с лестницы на нужный им второй этаж.

Тип был явно не своим: слишком белый плюс молча довернул голову и вопросительно изогнул бровь.

— Погоди, дай я. — Рыжий выкрутился из их рук. — Моя фамилия Седьков. Мне сообщили, что здесь погибла моя мать и мне нужно прибыть на опознание. Куда идти?

— Да. Секунду. — Взгляд легавого из отмороженного превратился в плюс-минус человеческий.

Он явно с кем-то снёсся по мессенджеру, потому что через секунду вытянул вперёд указательный палец:

— Вон туда. Детектив Коули. — Запнувшись, полицейский продолжил. — Пацан, соберись.

Потом зачем-то выпрямился, щёлкнул каблуками и бросил руку к виску на мгновение.

Рыжий абсолютно естественно вдавил подбородок в грудь, потупил взгляд и тоже щёлкнул каблуками. Его руки при этом остались опущенными.

Занятно, надо будет потом расспросить, что это.