С некоторых пор они отказались от пива: от него только дуреешь и после парилки голова начинает болеть. Они пили только минералку. Галя вытащила какую-то баночку.

– Я глину развела, попробуй, мне нравится.

– Да ну, я уж скрабом привыкла.

Обе намазали физиономии. Вокруг маячили женские фигуры различных форм, комплекций и фактур. Закутанные во всевозможные простыни и полотенца, и просто голые, и намазанные кофейной гущей с ног до головы, и частями какой-то не то глины, не то грязи, они со стороны представляли жутковатое зрелище, но сами давно привыкли и не замечали экстравагантности происходящего.

– Я знаю, что тебе сейчас надо! – начала Галя, откинув голову на спинку. – Пойдем в какое-нибудь увеселительное заведение, Сидорова для равновесия возьмем.

– Думаешь, Сидоров нас двоих уравновесит?

– А то! Если у Сидорова и есть предназначение, так это сопровождение дам на светский раут, здесь он незаменим. Да сама же знаешь…

– Ну и куда мы пойдем? – Люда тоже откинулась на спинку.

– Можно в ресторан! Нет! Лучше – в ночной клуб! – Галя мечтательно подняла голову.

– Какой ночной клуб?! Там одни малолетки!

– Не важно. Мы тоже не старухи еще.

– Придумай что-нибудь посолиднее. – Люда уже стояла перед зеркалом, расчесывая волосы. – А если посолиднее, то мне надеть нечего. У меня же ничего нет! Надо же наряд на это тело! – Она внимательно рассматривала себя в зеркале.

– Тело-то – прям Венера Милосская, – подключилась Галя. – Чего ж оно у тебя зазря пропадает?

– Ты предлагаешь кинуть его на панель?

– Ну зачем же так сразу – на панель, – в тон ей подхватила Галя. – Надо искать – и найдется достойное какое-нибудь применение!

– Ну что ж… Будем думать, – задумчиво произнесла Люда. А думы были невеселые. Ей уже скоро тридцать пять. У всех семьи, дети, любовники, наконец. А у нее… Раньше была мама. И это все оправдывало. А теперь что? Теперь она просто старая дева. «Женщина интересна своим прошлым…» – вспомнила она избитую фразу. Но ведь у нее даже прошлого толкового не было. А что дальше? Вообще, что делать? Снова слезы навернулись на глаза. И пришлось опять брать себя в руки. – Галь, поехали после бани посмотрим мою квартиру, а? Ну, пожалуйста!

– Русик, милая, я не могу сегодня.

– Но это же наша с тобой работа, первая… Неужели тебе не интересно? Я ведь еще и сама не видела, как все получилось. Я в этой квартире была последний раз, когда малярные работы закончились. – Всю силу своего отчаяния Люда вложила в уговоры, но подружка не сдавалась.

– Я тебя подвезу, нечего по морозу после бани болтаться, – сказала она, и это был единственный итог всех Людиных усилий. И она смирилась. После бани поехали к Татьяне.

Татьяна была первым Людиным клиентом. А вышло это так.