Мужчина начинает поднимать свое оружие, но замирает в середине движения и падает на колени, открывая взору стоящую в нескольких ярдах от него фигуру в черном одеянии, держащую в руках пистолет. Я удивленно моргаю, затем окидываю взглядом его тактические штаны и набор оружия, пристегнутого к его ногам. Подняв взгляд над бронежилетом и черной рубашкой, останавливаюсь на его лице, замаскированном военной краской. Я не могу четко разглядеть его черты, но светлые волосы я бы узнала где угодно.

— Сергей, — шепчу я, и слезы текут по моему лицу. Он пришел за мной.

— Твой русский еще красивее в военной форме, — бормочет рядом со мной Нана Гвадалупе.

— Что? — спрашиваю я, не сводя глаз с Сергея, пока он бежит к припаркованной машине, где прячутся еще двое солдат.

— Вчера вечером, когда относила ужин солдатам Диего в казарму, он выскочил из кустов. У меня чуть инфаркт не случился.

— Ты знала, что он планировал? Почему ты ничего не сказала?

Сергей останавливается, стреляет в одного из солдат, затем продолжает бежать, перепрыгивая через трупы на земле.

— Он сказал, что это сюрприз. — Она хихикает. — Я думаю, это романтично.

— Романтично? — Я рассматриваю разрушающиеся стены дома детства, затем оглядываю лужайку, залитую кровью и усыпанную трупами, и останавливаюсь на двух крайних зданиях чуть в стороне. Или… на том, что от них осталось.

До меня доносится громкий лай, и я резко оборачиваюсь к Сергею, который уже практически добежал до машины, где Мими нападает на оставшегося солдата. Еще один человек пригнулся за грудой обломков в тридцати или около того футах от Сергея. Он сжимает в руке винтовку, и пока я смотрю, он поднимает оружие. Я хватаю с земли свой пистолет, прицеливаюсь и выпускаю в солдата все оставшиеся у меня пули. Две попадают ему в грудь, и он опрокидывается навзничь. Нана тоже вскидывает пистолет и выпускает еще три пули в ту сторону.

— На всякий случай, — комментирует она.

Оглядываюсь на Сергея, который стоит над телом последнего солдата, кровь капает с длинного ножа в его руке, он говорит в наушник. Затем бросает взгляд на человека, которого мы с Наной только что застрелили, поворачивается к нам и поднимает большой палец. Да, он может быть немного сумасшедшим, но я все равно его люблю.

Слышится звук мотора, и через пару секунд машина останавливается на подъездной дорожке, а из окна высовывается голова Феликса.

— Поехали! — кричит он.

Я беру бабушку за руку, и мы бежим к машине.

Ангелина толкает свою бабушку на пассажирское сиденье, но я пока не могу присоединиться к ним. Поблизости все еще могут оставаться мексиканцы из картеля, и я планирую устранить их до того, как они даже подумают о том, чтобы стать угрозой для моей девочки.