Со спящего взятки гладки, и сквозь завесу ресниц можно наблюдать за остальными. Особенно за Черновым и прибывшим на подмогу врачом. Особенно за девочкой-лисичкой.

Она еще не очнулась окончательно, но Ник слышал приглушенный разговор. Состояние стабилизировано, витальные функции не нарушены, скоро придет в себя. Почему-то Нику хотелось оказаться рядом, когда девочка-лисичка придет в себя. Первое знакомство у них получилось не так чтобы очень приятным, но ведь можно дать себе второй шанс.

А еще он думал о волке. Не просто думал, а чуял. Знал, что волк несется по тундре где-то там внизу и скоро его догонит.

Непременно догонит.

Полярная лиса тоже неслась. Не так быстро, как волк, а мелкой убористой рысью. Мела снег распушившимся хвостом, щурилась на закатное северное солнце. Эта тоже догонит. Понять бы еще, зачем она вообще бежит.

На самом деле вопросов у него скопилось очень много. И странное поведение какой-то там полярной лисы не было в приоритете. Ник пока и сам не разобрался, что же в приоритете. Интуиция подсказывала, что думать нужно о той твари, что сначала ломилась в потайную дверь его души, а потом решила пойти кружным путем.

Или не пойти, а проползти, просочиться тухлой водой на поверхность, замарать всех, кого получится замарать. Тварь удалось остановить. Только надолго ли? Вот еще один вопрос дня. Вот над чем нужно ломать голову.

– …Она пропала сутки назад, – услышал он приглушенный голос того, кто прилетел на вертолете и, по всему видать, командовал парадом.

– Откуда пропала? – шепотом спросил Гальяно, а Ник навострил уши. Говорили про девочку-лисичку. Он был в этом абсолютно уверен.

– Никто не знает. Она не местная – студентка журфака с Большой земли.

Ушла из гостиницы утром. Вещи остались в номере, значит, собиралась вернуться.

– Собиралась, но не вернулась.

– Не вернулась. Я же тебе рассказывал, что у нас тут творится. Поэтому об исчезновении мне сообщили почти сразу. Ну как сразу… Спустя сутки после исчезновения. Приватная жизнь и все такое. Мои люди сразу связались с конторой, где она подрабатывала.

– В конторе, знамо дело, не в курсе?

– Знамо дело. Похоже, девица решила поработать на фрилансе. Начальству пообещала репортаж о жизни оленеводов, выбила командировку, но к оленеводам так и не явилась.

Мы первым делом проверили все ближайшие стойбища. Никто ее не видел.

Значит, журналистка с Большой земли. А выглядит как школьница. Да и Большая земля ее наверняка не особо далеко. Чувствуется в ней северная кровь. В нем самом она тоже есть. Где-то на четверть по маминой линии. Может, потому он девочку-лисичку и чуял так хорошо. А может, причина совсем в другом.

– Мы все прошерстили. Обыскали город, наведались в стойбища, над тундрой покружили.