Но третья честь свечи прогорела, Эдин нацарапал ногтем еще одну риску, примерно соответствующею половине свечи. Это — крайний срок.

Конечно, есть ведь светильник Аллиель. Они тут вдвоем, жечь и свечу, и светильник — расточительство.

— Леди Аллиель, давайте погасим вашу лампу, тогда нам дольше хватит света, — предложил он.

Она, видно, сразу поняла и со вздохом прикрутила фитиль, лампа погасла. И вдруг…

— Если ты не мой шут, то не смей звать меня леди Аллиель!

— Почему? — он удивился.

— Мне так хочется, — заявила она, повысив голос.

— Ага, хорошо, — не стал он спорить.

— Может, лучше повернуть обратно?

Она не ныла, не капризничала, просто спросила. Молодец, девчонка. Эдин ведь и сам думал о том же: повернуть обратно было разумно. Недаром он сделал отметку на свече.

— Мы уже давно должны бы дойти до моря. Давай попробуем продвинуться еще немного? — сказал он упрямо.

Они двинулись дальше, теперь Аллиель держалась ближе к нему. Больше двух часов уже наверняка прошло! Только бы скорее пройти этот ход до конца и выбраться наружу. Наверное, они обратно, в Развалины, и поверху доберутся? Ещё и быстрее получится?

— Мы, никак, скоро до самого города Вердена добредем, — пробормотал Эдин. — Может, уже?

— Эдин, — вдруг ахнула Аллиель. — Эдин, там кто-то. Сзади!

— Перестань, — он махнул рукой. — Отомстишь мне потом как-нибудь, наверху.

— Нет, нет, правда, — пискнула она. — Оглянись!

— Ничего не вижу. Совсем.

— Как не видишь? Вон, силуэт, светлый такой?

— Да нет же. Тебе показалось. Дай руку и не бойся. Смотри, вон там, впереди стена…

Хуже, впереди был тупик. Но стало как будто светлее. Эдин задул свечу, чтобы в этом убедиться, и действительно: свет шел сверху, неяркий. Они оказались на дне колодца, но над ними было не небо, а крыша. И все же подземный ход закончился и куда-то их привел.

Ага, а вот и путь наверх: толстые железные скобы. Эдин подергал нижнюю — держатся хорошо.

— Я полезу погляжу, что там. Подождешь меня минутку, ага?

— Только быстро, ладно? Пожалуйста, очень-очень быстро! — попросила Аллиель, глядя на него умоляюще.

Он мельком глянул назад, потом, поежившись, еще раз, и передумал.

— Давай ты вперед. Вот сюда ставь ногу и не бойся, скобы хорошие. Только не спеши. И там, наверху, голову сразу не высовывай, поняла? Осторожно, прислушайся, а потом…

— А можно, я после тебя? — Аллиель поежилась.

— Иди вперед, говорю!

Он подсадил ее на нижнюю ступеньку-скобу.

— Перебирай руками, и не спеши.

Аллиель неловко полезла, с опаской становясь на каждую скобу.

— Ай, рукам больно! — охнула она.

Понятно, что это занятие, по лестницам взбираться, не слишком для нее привычное. В монастыре небось таких лестниц просто быть не может.