— Четкое разделение обязанностей уже несколько веков позволяет роду Арчибальд контролировать все сферы жизни.

— Ого, — округлила я глаза. — несчастные женщины.

— Почему несчастные? — шокировано вопросил сэр Аньелли.

— А вот вам бы понравился такой образ жизни? — задала я резонный вопрос. — Представьте только, занимаетесь вы, допустим, собственным бизнесом. По крупицам его создавали, заботитесь о нем как о своем ребенке, всю душу вкладываете в процесс, а потом родственники радуют вас новостью, что вы выходите замуж за представителей рода Арчибальдушек. Ой! — кхм, неловко…И ведь заметили, судя по тому, как округлились глаза Роберта.

На президента даже не смотрю, страшно. — И вот, значит, выходите вы замуж, бизнес вам приходится оставить и заниматься тем, что вас, к примеру, раздражает.

— Не так все печально, Этель. — возразил Роберт. — Мы, Арчибальдушки, не звери все-таки. Женщины вполне могут управлять таким бизнесом, который им под силу. Дизайн, кулинария, искусство — практически любая сфера.

— Какая честь, — ехидно вставила я.

Но это скорее от смущения, чем от злости.

Арчибальдушки… Это же надо быть такой дурой, чтобы при президенте произнести такую чушь.

Комментарии по поводу положения женщин в роду Арчибальд я оставила при себе. Кто я такая, чтобы судить о чужой жизни? Если бы женщин рода Арчибальд не устраивало их положение, то навряд ли они выглядели бы такими счастливыми и любили своих мужей так сильно, что следовали за ними на край света. Если бы они мучились, то просто подали бы в суд и отстояли свои права.

— Этель, — с непередаваемой интонацией произнес Роберт. — а почему «Арчибальдушки»?

— Потому что душечки, — это я, кажется, прошептала едва слышно, даже не удосужившись взглянуть на мужчин.

Да откуда я знаю, почему Арчибальдушки? Ну, вышло так…Не буду же я говорить, что «Арчибальдушки» потому, что «идиотушки».

Минуту стояла тишина, а затем грянул настоящий хохот. Больше всех смеялся, почему-то, сэр Аньелли. Он согнулся пополам и хлопал себя по коленям на манер дрессированных тюленей. Хохот его был искренним, но издевательским.

Роберт уступал ему совсем немного. Он просто откинулся на спинку стула и трясся словно в припадке, изредка подвывая. Они совсем, что ли, не смеются?

Выдержку сохранил лишь президент, просто улыбнувшись.

Заходиться в приступе неконтролируемого хохота ему было не по статусу. Но, тем не менее, и в его глазах плясали чертики.

— Это Арчибальдов-то душками назвать! — стонал свозь смех британский лорд. — Ой не могу-у, душки-и отыскались!

Недовольно смотрю на мужчин, силясь понять причину смеха. Поймав мой взгляд, сэр Аньелли попытался сдержать смех, но в итоге лишь покраснел и засмеялся с новой силой.

— Простите, мисс Оплфорд. — произнес сэр Аньелли.