- Вроде умирать передумал, но тело ощущается так, словно меня вместо футбольного мяча использовали, да не раз, а на протяжении всего чемпионата, - решил съюморить я, но отклика не получил.

- Могу, конечно, Зуун разбудить, но она считай сутки вокруг вас прыгала…

- Не надо, толку не будет, - прервал я его, так и не желая деактивировать один из своих главных козырей, - я лучше попробую поспать.

- Ну давай, я тоже кемарю по тихой, - признался Сарыч, - дронов на патруле с лихвой хватает, больше за тобой следил, чем за обстановкой.

Проснувшись от раздававшихся неподалёку голосов, первым делом активировал взор и ощупал им всё в округе.

Рядом были только свои, а использование дара не отозвалось набатом в голове, так что,.потянув мышцы, поднялся. Окружавшее и вправду напоминало вид мёртвого кластера, и если бы меня не предупредил об этом Сарыч, то сейчас я бы думал, что нахожусь именно на нём, хотя…

Более тщательный осмотр показал, что не везде присутствуетлишь чёрный колкий песок, обнаружились и несколько проплешин разного размера с обычной лесной подстилкой, и я сообразил, что это именно те места, где находился кто-то из нас.

В этот момент моё пробуждение было замечено, и напарник, окрикнув, позвал присоединиться к завтраку. Сопротивляться не стал, тем более что желудок нещадно взывал к такому действию.

Подходя обратил внимание на Ки и Графа, те, как и я, провели немало времени в отключке, но сейчас выглядели неплохо, по крайней мере, внешне отклонений я не углядел. Так же заметил на самой большой зелёной проплешине свежий земляной холм и едва не запнулся, поняв, что это, но, старательно переведя взгляд на кучу вещей лежавших на широком брезенте, сделал последние пару шагов к походному столу.

- Шикуем, - едва я подошёл, выдал напарник тоном, который я счёл как ободряющий, - тут больше мяса, чем чего-либо ещё, всё, что осталось, разделили, а не то к обеду бы завонялось уже, - пояснил он такую расточительность.

В нолдовской скороварке действительно находилось практически сплошное мясо, при виде которого у меня невольно стала выделяться слюна. Блюдо трудно было как-то назвать, скорее всего просто тушёным с чем-то мясом, причём мясо оказалось двух видов, и, когда я забрал изрядную порцию, Сарыч, выложив остатки, загрузил следующую, как я понял, последнюю партию на термическую обработку.

Машинально жуя кусок, невольно вновь покосился на неказистую могилу и, прислушавшись к себе, ощутил лишь жалкое чувство сожаления, отчего стало немного не по себе. Неоднократно слышал, что за несколько лет жизни в этом мире люди черствеют, вот только принимать этого не хотелось. Да я и не ощущал безразличия, но и ожидаемого чувства потери близкого человека тоже не было, что и беспокоило меня.