Чувствую себя породистой лошадью на ярмарке, которой заглядывают в рот. Черт, во что я ввязалась? Взгляд отца неуверенно бегает по холлу ресторана и замирает на входе. Багров задерживается. Двери хлопают, впуская незнакомых людей. Отец вздыхает, опускаясь на спинку кресла и опасливо произносит:

– Я банкрот, Ди… Если ты будешь умницей, то поможешь мне.

– Папа, что такое ты говоришь? Ты…ты… Как банкрот? Все же хорошо было?

– Все было хорошо, пока Боголюбов не переметнулся от тебя к рыжей банкирше! – острыми иглами ранят сердце слова отца. – Теперь никто… слышишь, Ди, никто не хочет обращаться к нам. Я ведь рассчитывал на лучший состав специалистов-гинекологов, Ди… – отец устремляет взгляд куда-то в пространство, будто там прячется ответ на его вопрос. – Но ты все испортила…

– Хватит нести чушь! – шиплю я. Отец выпучивает глаза, ошалев от такой моей наглости. – Может, ты не умеешь строить с людьми деловые отношения, а, папа? Не думал об этом? Ты же не даёшь врачам заработать. Кого удовлетворит установленный тобой мизерный процент от суммы за приём? А, папа? Или лучшие специалисты должны работать у тебя бесплатно?

– Заткнись, маленькая сучка! – взрывается отец. – Что ты знаешь о бизнесе? Ты же всю жизнь на всем готовом жила, как и твоя никчемная мать!

– Не заткнусь. Что, ударишь меня, как в детстве? – выпаливаю я. – С тобой не хотят работать не из-за меня, папа. И Боголюбов здесь ни при чём!

Я смогла. Высказала, дала отпор. Дыхание разрывает грудную клетку, сердце колотится так, что я чувствую его бешеный ритм в перепонках.

– Если бы Мирослав женился на тебе, все было по-другому. Он притянул бы в клинику профессора Марьева, организовал кафедру акушерства и гинекологии на базе нашей клиники. Это же… сотни пациенток, тысячи! Авторитет, лучшие специалисты! – глаза отца мечтательно блестят. – Марьев – главный гинеколог области. И что я имею теперь? Огромные счета за аренду оборудования! Ты знаешь, сколько стоит арендовать аппарат для компьютерной томографии или ЯМРТ?

– Так откажись от них, папа? Зачем ты винишь меня в разрыве с Миром, отец? Ты же знаешь, как мне было больно… – хрипло протягиваю я. Силуэт отца размывается от некстати выступивших слёз. Зачем же он так со мной? – Вместо того чтобы поддержать, ты добиваешь? За что? Я бросила работу, дом… уехала… Разве я виновата в том, что Боголюбов влюбился в Любу?

– Подбери сопли, Ди. Окрутить мужика – невеликая задача. А во все эти сказки про любовь я не верю. Ты не справилась, дочка. Просрала перспективного мужа и процветающий бизнес. Не думай, что ты хуже этой банкирши, Ди. Ты у меня красавица. – Неуклюже успокаивает меня папа, нервно поглядывая на входные двери.