Геб… разинул рот, переводя взгляд с одного легионера на другого, и вертел головой, как бы спрашивая — это что вообще? И тыкал вперед пальцем.

Я не выдержала следом — спрятала лицо в ладони и замычала.

— Как это понимать господа? Почему вы без трусов? Это не по уставу! — обратился одетый маг к тем двоим, которым товарищи уже передали плащи, чтобы хоть как-то прикрыться.

— Не по Уставу…. — простонал Геб и заржал. Заржал так, так что птицы вспорхнули с ближайших веток, заклекотав и испуганно захлопав крыльями. — Где… где трусы… не по Уставу…

Он хохотал так заразительно, что я не выдержала — мы ржали вместе. Где-то звенел хрусталем смех Фей-Фей, от всей души смеялся Тир, хихикал Каро, весело смеялась, стряхивая огоньки с кончиков пальцев, Марша; ржали легионеры… Смех эхом катился по долине, вдоль дороги, дымящихся крыш следующих деревень, и взлетал к небесам…

Мы хохотали до слез, хохотали, выплескивая всю тьму ночи, оставляя её в прошлом, хохотали, держась друг за друга и пошатываясь от усталости, хохотали, выплескивая весь страх и ярость, хохотали, потому что остались живы….

А над Лирнейскими горами величаво всходило солнце.

— Почему мисси до сих пор не очнулась, — озабоченный голос Нэнс рывком выдернул меня из дремы. Тихо брякнула крышка чайничка — фарфор о фарфор, звякнуло донышко пиалы о блюдце, и запахло чаем с отчетливыми жасминовыми нотками.

В груди болело нещадно. Почему грудь? Ведь на дуэли мне зацепило бок и… руку? Я тихо пошевелила кончиками пальцев — слушаются. Когда это было? Вчера? Декаду назад? Во рту был отвратительный вкус — горечь эликсиров. Забористая дрянь, целители не пожалели зелий.

За окном слышался чей-то отдаленный веселый смех. Лежать было удобно, мягко и тепло, пахло ванильными булочками — Нэнс наверняка опять долго крутилась на кухне. Пахло домом.

Как же хорошо, Великий!

— Не знаю, Нэнс, — голос Фей был тих и печален. — Целитель сказал, она может очнуться в любой момент…

Да что же такое происходит?

— Повреждения были слишком сильными. И Вайю слишком долго пробыла в стабилизаторе. Источник может быть восстановится полностью, когда-нибудь…

Дверь хлопнула едва слышно, раздались легкие шаги, скрипнуло кресло рядом, и зашуршали страницы.

Я аккуратно приоткрыла ресницы — Фей-Фей читала, прикусив губу, поглаживала корешок книги пальцами, на правой руке у нее красовался родовой перстень рода Сяо.

Когда была помолвка? Сколько я валяюсь?

— Ф..фей…, — выговорить получилось не с первого раза, в горле пересохло, и вышел хриплый шепот. — Ф-Фей… воды…

— Вайю! — книжка упала на пол, Фей-Фей подхватила юбки и кинулась ко мне. Смеялась, плакала, хватала за руки, и безостановочно повторяла: “Ты очнулась, Вайю! Ты очнулась!”

Пила я долго. Жадно. Безудержно.