Кантор отправил очередной дежурный светляк подальше вперед — на деревьях виднелись следы когтей — длинные глубокие борозды, но следы вели вправо, огибая тропинку, заметенную снегом.

— Стоять! Назовитесь!

Плетения сверкнули внезапно — из-за поворота выехали сразу три тройки легионеров. Маги держали плетения наготове, тройка — луки натянутыми.

— Первый Наследник Клана Тиров, — произнес Кантор своим особо-высокомерным голосом. Легионеры переглянусь — на носу Тира была видна сажа, волосы спутались, левый рукав черный — в крови… но прежде чем спросили что-то ещё, вперед, пошатываясь, выступил Каро, сверкнуло над его головой белое солнце дознавателей.

— Господин Дознаватель…

— Дознаватель Центрального управления третьего ранга, — явно копируя интонации Таджо холодно произнес менталист. — Доложить обстановку.

— Прорыв отбит… в городе… обстановка… военное положение… везде патрули…, — сбивчиво отчитывался маг, который был за Ведущего.

Отбит. Отбит. Отбит. Звучало в голове праздничным набатом. Аксель.

Пока легионеры говорили, я привалилась плечом к Кантору — усталость была такая, что если мы простоим на месте ещё десяток мгновений, я лягу прямо здесь и больше не встану. Вот просто не встану.

Над Лирнейскими лениво розовело небо, золотистая полоска становилась всё больше и больше, легионеры говорили и говорили, светило начинало свой дневной путь.

Первый луч скользнул по щеке Кантора, вспыхнул серебром на сбруе и холеных лоснящихся боках лошадок…

Я улыбалась и щурилась, прикрыв глаза ресницами, подставляя солнцу то одну щеку, то другую, пока Фей не ахнула… а следом и Марша…

Доспехи легионеров и оружие сияли собственным светом. Искрились тысячами пылинок, которые испарялись прямо в воздухе, как будто действие солнечных лучей испаряло доспехи…

…. Сначала осыпалась прахом упряжь на паре лошадок — которые удивленно пожевали губами, не почувствовав привычных удил…. Следом испарились сапоги и поножи. Крепкие брюки… верхний доспех, налокотники… таяли мечи, исчезали, осыпались прахом луки, серебрились, рассыпаясь искрами, тяжелые рукавицы….

Пока легионеры не остались сидеть на лошадях почти голыми… подштанники остались на всех, плащи только на троих, а двое….подштанников просто не носили.

На голой волосатой груди каждого болтался деревянный кругляш с амулетом Великого.

— Как это понимать, господа? — маг остался единственным одетым среди этой компании.

Первой захихикала Марша, утыкаясь лбом в плечо Фей-Фей и пряча лицо. Фей засмеялась следующей — деликатно, как будто зазвенела россыпь хрустальных колокольчиков, прикрывая рот грязным рукавом ханьфу.

Тир хмыкнул и улыбнулся, проглотив смешок.