Фей-Фей выбрала себе место у самого входа.

На постаменте искрилось и горело вечное серебристое пламя — сегодня вспыхивая почти до самого потолка. Ощущение, что Великий отвернулся от меня в прошлый раз — тревожило. Иногда всё, что нам остается делать — это молиться, потому что не можем больше ничего, и просить. А иногда мы молимся, чтобы отдать — с благодарностью, потому что уже сделали всё, что могли.

Видит Великий, я сделала всё, что могла.

Я закрыла глаза и приложила кулак к груди: «Салютую шестнадцатому. Покойтесь с миром… Великий, дай мне сил не допустить этого ещё раз…»

От большого пламени в центре зала отделилась небольшая стайка огней. Светящиеся огоньки в воздухе мигнули и сами сложились в знакомый знак штандарта шестнадцатого легиона — круг в треугольнике и око. «Зрящие Севера», стоящие на грани.

Военные загомонили, забыв о главном правиле Храма, и падали вперед, касаясь лбами пола. У меня защипало глаза. Великий не оставил меня! Не оставил Север! И слова беззвучной молитвы рождались внутри сами:

“И да не убоюсь я зла, и да осветит пламя Великого Путь, и не погаснет светильник пламени его, и да сохранит свет душу от тьмы Грани, и да осветит путь к перерождению, и длань его на моих плечах, и свет его — отражение в моем источнике”.

Я приложила кулак к груди ещё раз: «Всем, кого мы спасти не смогли…. Покойтесь с миром…».

Шуршали юбки ханьфу, раздавались легкие шаги, тихий шепот, пламя гудело и плясало над постаментом, принося умиротворение и покой.

Я не знаю, что будет завтра. Но я выбрала свой путь и буду идти по нему. Великий, просто дай мне сил не допустить этого ещё раз…