— Слушаю, — желания быть вежливой сегодня не было.

— Леди…, — проблеял вьюнош и прокашлялся, — Леди, — продолжил он уже решительнее, — сегодня я вас сопровождаю.

— Нет… то есть да… то есть сегодня вам сменили сопровождение…

— Хорошо, — я захлопнула дверь перед носом юного менталиста. Стук в дверь практически сразу раздался снова.

— Леди, — вьюнош был возмущен. — Я — сопровождаю вас!

— Бутч по утрам присутствует в комнате…

— Вы умеете заплетать волосы и укладывать прически? — глаза вьюноша расширились. — Убирать комнату бытовыми чарами? Развешивать ханьфу в шкафу и применять немнущиеся чары? Нет? Тогда вы бесполезны, — я снова захлопнула дверь перед носом менталиста и уже успела дойти до туалетного столика, как стук в дверь раздался в третий раз — решительно и требовательно.

Я развернулась к зеркалу, растрепала волосы художественно, распустила завязки халата, проследив, чтобы тонкое мирийское кружево ночной рубашки было видно во всей красе, и пошла открывать.

Вьюнош подавился словами с занесенной рукой, скользнув взглядом в вырез халата, и сглотнул.

— Я… я настаиваю Леди… так как я замещаю… точно такие же правила…я тоже должен присутствовать везде.

— Что значит нет? Это правила…

— Правила здесь устанавливаю я, — я облокотилась на дверь, чтобы ему было лучше видно. — Что это? — я показала пальцем в спальню. — Комната юной сиры. Кто я? Юная незамужняя сира. — Я провела пальцем по вырезу ночной рубашки. — Вы — представитель Управления и явно не подходите роду Блау, как кандидат в мужья для второй Наследницы. Что должен сделать сир Блау, как Старший, обнаружив в комнате юной племянницы, — я весело тряхнула волосами, — юное дарование? М-м-м?

Вьюнош сглотнул и отступил на шаг — я шагнула следом.

— Если брак исключен, а урон чести можно смыть только кровью, — я шагнула ещё и щелкнула зубами. Вьюнош запнулся о танкетку сзади и рухнул прямо на неё.

— Итак, — я спокойно затянула пояс халата, — ваш выбор, — я склонилась в издевательском поклоне и сделала приглашающий жест в комнату.

— Я… я подожду здесь… леди Блау…

Я фыркнула и пошла одеваться. День обещал быть веселым.

Документы горели хорошо — весело и быстро. Дядя назначил мне встречу в кабинете после завтрака, и игнорировал меня уже десять мгновений, продолжая заниматься очень-важным-делом.

Я спокойно следила, как рыжие языки пламени пожирают очередной свиток из небольшой стопки, которая основательно похудела. И даже пепел и тот, дядя собирал тщательно и отдельно.

Все в доме Блау знали, что не нужно задавать лишних вопросов, когда сжигают документы.

— И? Ты определилась с наказанием? — дядя оторвался от очень-важного-дела и уделил мне внимание.