Кажется, я только что умерла и воскресла одновременно!

Заодно переосмыслила заново всё, что произошло за последние несколько минут, как прогремел выстрел, а Гришу отправили в нокаут.

– Всего лишь о бутылку поцарапался? – переспрашиваю.

Сама собственный голос не узнаю. Очень уж слабым и растерянным звучит. Да и в подтверждении не нуждаюсь. Вижу же.

– Да, мам. Всего лишь поцарапался, – всё равно подтверждает Тимур.

– Всего лишь поцарапался? – повторяю за ним.

– Да, мам. Поцарапался, – улыбается он шире.

А вот я не улыбаюсь.

В моей голове атомный взрыв!

– Ты какого лешего вообще полез ему под руку? – бью его в здоровое плечо. – Поцарапался всего лишь он! А если бы он тебя застрелил так же случайно? Ты нормальный вообще?!

Эмоции во мне бурлят, как бурная река сквозь прорванную плотину. Выплёскиваются в ругательства. Не получается их сдержать.

Он ведь в самом деле мог погибнуть по неосторожности.

Хоть и любимый. Но всё равно дурак!

Я всхлипываю, обнимаю его, притом вместе с Диной, снова ругаю.

– Никогда больше не смей так делать! Понял меня?!

– Да, мэм, – отвечает шутливо Тимур, а я опять бью его по плечу.

Который ещё и смеётся до кучи.

Весело ему, вы поглядите. Когда у матери чуть инфаркт не случился. И не я одна тут, кстати, с этим полуинфарктом. Дина тоже в шоке. Пока я их обнимаю, а его ругаю, её ладошки, цепляющиеся за Тимура, до побеления пальцев сжимаются в кулаки. Стоит мне от них отстраниться, она медленно отнимает голову от его плеча.

– А всё. Даже если надумаешь тоже на меня поворчать, поздно. Мы уже помирились, – заявляет он, стоит ей только раскрыть рот.

Рот девушка тут же закрывает обратно. Но ненадолго. Пару раз моргнув, прищуренным взглядом осматривает царапину на шее Тимура. А затем, набрав побольше воздуха в лёгкие… тоже ничего не говорит, поскольку Тимур нагло затыкает её поцелуем.

И, судя по тому, что у них происходит дальше, они и правда помирились…

Хмыкнув, я отворачиваюсь от них и поднимаюсь на ноги, выискивая взглядом Грома. Он всё ещё пребывает возле Гриши, теперь уже связанного, и я спешу подойти к нему.

– Всё хорошо, красавица? – интересуется он тихонько, притягивая меня к себе за плечи.

– Да. Кажется, да, – сама прижимаюсь к нему ближе.

Гром одаривает поцелуем мою макушку, после чего обводит взглядом округу. А в следующий миг я тихо смеюсь, когда он возвещает на всю округу своим громким басом:

– Так, я не понял, а почему мы стоим? Почему не танцуем? Куда подевалась наша музыка? Вечер ещё не закончен!

Все тут же, встрепенувшись, возвращаются к отдыху. Поначалу делают вид, а затем втягиваются, окончательно забывая о плохом.

– Какая же свадьба без скандала и драки! – смеётся кто-то.

И все тут же подхватывают эти слова.

Да и Гришу скоро увозит с глаз вызванный наряд.