Будто не с нами происходит.

Гришу мотает из стороны в сторону, пистолет в его руках тоже ходуном ходит, а он и не думает успокаиваться.

– Что молчишь? – кричит на Грома. – Нечего сказать? Потому что сам знаешь, что я прав!

Плечи Грома напрягаются, но отвечает он вполне спокойно.

– Ты прав. Я должен был дождаться вашего развода. Не сдержался. Прости меня, друг.

Лично у меня зуб на зуб не попадает. С шумом тяну в себя воздух, а внутри всё дрожит от страха. Если он сейчас выстрелит. Если попадёт в Грома… От одной этой мысли уже сейчас готова сама умереть. Тем более, что извинительная терапия Грома не действует. Гриша не проникается покаянием. Наоборот, злится больше прежнего.

– Друг? Друг? Какой я тебе после этого друг? Не смей так меня называть!

– И как мне тебя тогда теперь называть?

– Точно не другом! – вопит он, тряся пистолетом. – Ты им никогда не был. Да я вообще всегда ненавидел тебя! Весь такой идеальный. В костюмчиках своих вечно. При параде. Вежливый до скрежета зубов. Всем нравишься. Да что в тебе такого, что тебя все так любят? Даже Лида. Сколько бы я для неё не делал, что бы ни делал, она всё равно всегда видела лишь тебя! Расцветала при виде тебя, как эти её дурацкие цветы. Даже после того, как мы поженились. Стоило тебе войти в комнату и никого кроме тебя уже не видела. Только с тобой всегда общалась. Я ей украшения дарил, платья красивые, дом перестроил, бизнес организовал, а она всё равно только тебе улыбалась так радостно. И лишь твоим цветам радовалась. Будто они какие-то особенные! А я побоку сразу становился. Она даже нашего сына назвала именем, которое ты предложил! Будто он твой, а не мой! При этом делала вид, что вы просто друзья! А я дурак что ли, по-вашему?! Совсем идиот, да?!

Гриша продолжает бесконтрольно размахивать оружием, а я обмирать от ужаса. Потому что пока он городит всю эту чушь, Тимур решает этим воспользоваться и теперь подкрадывается к нему со спины. А я даже запретить ему не могу. Только крепче цепляться за руку Грома, мысленно молясь, чтобы Гриша его не заметил, и с моим мальчиком всё было хорошо.

Господи, прошу тебя, пожалуйста!

Кажется, Гром что-то говорит Грише, а тот отвечает. Я не слушаю. Не вникаю. Всё во мне натянуто и сосредоточено на сыне.

Только бы всё прошло хорошо!

В момент прыжка Тимура на спину отцу, я всё-таки жмурюсь. Не могу на этот ужас смотреть. Хотя всё равно по итогу глаза открываю.

– Ах, ты мелкий сучёныш! – ругается Гриша.

А в следующий миг я с ужасом вскрикиваю. Округу оглашает новый громкий выстрел. Отец и сын на мгновение замирают, глядя друг на друга, а затем Тимур резко бьёт Григория в лицо, отправляя того в нокаут. На мир опускается тишина. А затем взрывается алым. Вместе с расплывающимся по вороту моего мальчика кровавым пятном.

Мир застывает в моменте.