Да что там за спешка? — Ива так и не дошла до двери, растерянно замерев посреди кабинета. — Ладно. Но тебе следовало явиться сначала.

Она опустила мобильный.

— Что, за нами с Питером никто не придет? — пошутила я, но по лицу Ивы стало понятно, что попала в точку. — Что случилось?

— Я не знаю, — покачала она головой. — Звонил Ярослав. Ему нужно срочно куда-то умчаться…

— На ночь глядя? — попыталась понять я и потянулась за мобильным.

Только Ярослав не ответил. Гудки растягивали мучительную паузу, пуская сердце дергаться в груди, пока звонок не сорвался. Что такого могло случиться, что он так быстро уехал? Неужели раскрытие убийства Алана так важно для него? А, может, что-то еще?

— Слушай, — поднялась я решительно. — Я тогда пойду поищу Вереса и верну ему Питера.

Питер запрокинул голову и глянул на меня с надеждой.

— Кажется, я зря тебя обнадежила, — растерянно заметила.

— Нет, — качнула головой Ива. — Лара, не уезжай. Еще ничего не ясно.

— Ярослав звонил тебе, не мне. Значит… — Я засуетилась, пытаясь убрать на столе, потом — застегнуть куртку. — Не знаю, что это значит. А где меня найти, он точно знает. Дашь мне свой номер?

— Я как разберусь со всем, обязательно обращусь к тебе по поводу стажировки, повышения, работы. Мне просто больше не к кому.

— Лара, у тебя есть Ярослав, — настаивала Ива. — Но ты всегда можешь обращаться ко мне.

И Ива протянула мне визитку со стола.

— Спасибо. Я была очень рада знакомству. А собака… — Я открыла двери, и Питер вышел в коридор. — Видимо, мы с ним вместе уезжаем…

— Вера, вылезай, — хмуро попросил я друга, но тот не пойми как вообще оказался рядом с машиной и, стоило мне разблокировать замок, материализовался на пассажирском сидении. — Тебя Питер потеряет.

— Ты когда сказал про воздух и подышать, я подумал, что улизнешь бить морду Суржеву, — укоризненно заметил он. — Яр, тут стоит все обдумать.

— О чем тут думать? — прорычал я. — Стоит тебе оказаться на моем месте, думать тебе вряд ли захочется.

— Значит, я буду надеятся, что ты в этой ситуации окажешься на моем и останешься рядом. Яр, не стоит пороть горячку.

— Нужно воздать ублюдку за смерти, которые он устроил!

— Я опущу тот момент, что мы еще не знаем наверняка, и ты можешь угодить за решетку, а то и на смертную казнь…

— Докажешь его причастность посмертно.

— Ярослав, мы иногда ошибаемся. Я не хочу тебя терять. И, уверен, я не один. А Суржев этого не стоит.

Я опустился на водительское и спрятал лицо в дрожавших ладонях, пытаясь восстановить дыхание. Глаза действительно застилала кровавая пелена. Я словно оглох и ослеп. Все, что от меня осталось — пылающее гневом нутро.

— Можно доказать его причастность, — осторожно продолжил Вера. — А вот потом, уверен, тебе его отдадут на расправу.