И, как ни прискорбно, это действительно она, – так вот почему друг усмехался. Зря я не послушал его.

– И как я должен мстить Варшавскому, имея это?! Да он сам над ней издевался!

– Я заметил. Жила в чулане, носила обноски… Не удивлюсь, если и недоедала.

– И при всём этом по глазам видно, что предана отцу. Что скажет, то и будет делать. А он ей сказал ничего не подписывать без его согласия, – я не глухой, отлично расслышал наставления для дочурки.

– Попробуй уговорить её. Подключи обаяние! Ты же сам сказал, девушки любят красавчиков.

От таких слов я застонал сильнее. Да какое тут обаяние. Не скривиться бы при виде этого жалкого существа.

– Как с ней говорить, если она немая? Небось и тупая! Знает только приказы папочки. Должен признать, Григорий меня переиграл. Хорошо, что мы подписали брачный договор, и каждый после развода останется при своём.

Друг качает головой и смотрит на папку в моих руках. Как же это невыносимо – держать то, что тебе желанно, но в то же время не иметь на эти бумаги никакого права.

– Обольсти девчонку. Пусть поймёт, что с тобой лучше, чем в том доме. Она растает и ради будущего счастья всё подпишет! – друг подаёт идею, а я стараюсь всё здраво обдумать.

С одной стороны, может, это и так, но с другой… Если сказать ей, чего я хочу, не сольёт ли она всё любимому отцу? По ней видно – годами дрессировали.

– Как такое обольщать? На неё без жалости не взглянешь.

– Ты хотел с ней спать. Помнишь?

– Ты ещё и издеваешься?

Стас начинает смеяться, а я не могу не улыбнуться. С этим я спать точно не буду. На её кости ни у кого не встанет, а от вида… Нет, это какой-то кошмар.

– Тебе вызвать утешение на ночь?

– Сам приглашу Викторию. А ты будешь расслабляться? – друг не отвечает, но по взгляду видно, что он тоже не против отдохнуть и повеселиться.

Доехав до дома, решил, что Стас в чём-то и прав. Нужно показать, что бывает жизнь лучше. Как раз присмотрюсь, как она себя поведёт. Глядишь, через месяц-другой сама захочет что-то предложить. Вернее, напишет. Надеюсь, она передаст мне бумаги раньше, чем я обанкрочусь.

Пока выбирался из машины, заметил, что и девушка быстро выскочила и теперь прижимала к себе мешок. Кошмар. У неё что, даже пакета не нашлось? Стас сказал, это все её вещи.

– Пошли, – зову её, кивая на дом. Мелания кивает и, опустив глаза, плетётся за мной.

Словно не жену приглашаю в дом, а животину. Интересно, если я скажу сидеть или лежать, она тоже это сделает?

Зайдя внутрь, вижу свою домработницу, которая тоже предвкушает увидеть мою женушку. Её глаза становятся огромными, когда эта пустышка входит в дом и встаёт у стенки, опустив взгляд.

Нет, сегодня я точно не буду с ней разбираться.

– Люда, отведи её в спальню.

– Как скажете. Кстати, ужин будет готов через час.

– Отлично, зайдёшь ко мне.