Сказала, что все прошло неплохо, но нужно будет регулярно ходить к ней на подобные “ритуалы” раз в неделю, и тогда они стопроцентно смогут помочь бабушке победить смерть.

Все тело девушки болело, словно его переехал грузовик, голова кружилась после наркотика, выданного ей этой старой мошенницей. Первая мысль Ирины была, позвонить в полицию и сообщить об этом притоне, но потом она поняла, что сама виновата во всем. Зачем пошла в это логово?

Ирина ехала от ведьмы домой, вытирая слезы рукавом, ей было стыдно смотреть в глаза людям. Она беззвучно рыдала, опустив лицо, как можно ниже.

Отчаяние, из-за постоянного ожидания неизбежной и скорой смерти единственного близкого человека, совершенно отняло рассудок и толкало на всевозможные немыслимые поступки. Так и ехала Ирина домой в тапочках, боясь возвращаться за обувью, в это проклятое и опасное место, откуда ей посчастливилось уйти.

В прошлый понедельник бабушке стало немного лучше и она даже смогла разговаривать, хотя обычно, кроме стонов и отрывочных криков боли, ничего нельзя было разобрать. В этот счастливый день, кто-то сверху услышал молитвы несчастной девушки и сжалился над ней, дав ей то, что она так слезно просила.

Все было, как и прежде, словно разговор матери и дочери, которые было связаны одной душой и одним интересом.

– Как же ты выросла, дочка… – женщина с любовью посмотрела на девушку. – Я помню тебя еще совсем малышкой!

Ирина обняла бабушку и прижалась к ее груди.

– Бабуля, я тебя так люблю, ты самое дорогое, что у меня есть!

– Когда я умру… – начала бабушка, но Ирина ее перебила.

– Что ты такое говорить? Не надо об этом!

Громко закричала плаксивым голосом Ирина, удивляясь своей неадекватной реакции, словно это не она кричит, а кто-то в ее теле принимает решения без ее участия.

– Дочка, не перебивай, мне тяжело говорить, – тихо произнесла бабушка и громко закашлялась, перепугав бедную девушку до полусмерти.

– Иришка, я хочу, чтобы ты не переживала так из-за моего ухода, ты должна жить дальше, выйти замуж, окончить институт. Хотя бы занятия начала снова посещать.

Глаза девушки округлились, про учебу она совершенно забыла, да и как ей, в таком виде, показаться на людях?

– Что, думала я не знаю что ты прогуливаешь занятия? Уже который день? – попыталась улыбнутся старушка, но явно с большим трудом. Улыбка моментально превратилась в гримасу боли.

– Что бабуля, опять? Дать тебе таблетку? – Ирина метнулась к, аккуратно разложенным приходящей медсестрой, медикаментам на столе.

– Все в порядке, не беспокойся за меня, я себя чувствую, уже значительно лучше, а ты, начинай уже думать о себе… – женщина прикрыла глаза и, кажется, уснула. А Ирина осталась снова наедине со своим страхом.